Создание партии большевиков в России (Часть 3)

Автор: | 2021-07-18
Создание партии большевиков в России (Часть 3)

Создание партии большевиков в России (Часть 3)

Создание партии большевиков в России (Часть 3)

Продолжение. Начало здесь. Предыдущая часть здесь.

Плеханов доказал, что нелепо ставить вопрос так, как его ставили народники: должен или не должен развиваться капитализм в России. Все дело в том, доказывал Плеханов, что сама постановка вопроса противоречит наблюдаемым событиям: Россия того времени уже вступила на путь капиталистического развития и нет такой силы, которая бы ее свернула с этого пути.

Совершенно аналогично взглядам народников той поры, современные «народники» утверждают, что, мол, в России настоящего времени вовсе не капитализм, или «не правильный» капитализм, а некая другая общественно-экономическая формация. Путая форму и содержание и не обладая научным марксистским подходом, новые «народники» утверждают, что в современной России возрожден феодализм. В качестве аргумента такие деятели приводят видимые формы отношений, когда чиновники или крупные буржуи на местах захватывают, узурпируют по-сути чрезвычайные полномочия, иного превращая трудящихся из рабов связанных экономическим рабством свойственным капитализму в рабов с совершенно не экономическими формами порабощения. Однако, товарищи, капитализму, как и всем иным общественно-экономическим формациям свойственны всевозможные «родимые пятна» прежних систем. Так зачастую, совместно с экономическим порабощением трудящихся в капиталистическом мире использовался и используется абсолютно не экономическое, а вполне физическое рабство. Вся история капитализма в США, например, связана с не экономическим рабством. Равно как и история капитализма в Великобритании, Франции, Германии и прочих стран, особенно колониальной их части. В Гитлеровской Германии, при фашисткой диктатуре — наиболее реакционной диктатуре буржуазии, по определению фашизма, физическое рабство было повсеместно. Причем не только для захваченных немцами народов, но и для немецких рабочих. Капитализм — это разновидность рабства. И то, что в нем непременно будут сочетаться различные формы рабства, лишь подтверждает его — капитализма, античеловеческую суть. Поэтому, товарищи, работа марксистов времен становления капитализма в России против народников не теряет актуальности в этом же вопросе здесь и сейчас. Те же аргументы, что, например, приводились Плехановым против народничества будут работать и в наших условиях в полной мере.

Плеханов и марксисты того времени утверждали, что задача коммунистов не в том, чтоб задержать или приукрасить развитие капитализма в России. Задача коммунистов в том, чтоб опереться на единственную революционную силу порождаемую капитализмом — промышленный пролетариат.

И тут цели нынешних коммунистов сходятся с целями коммунистов прежних времен. Нам не нужно стремится «приукрасит» нынешний строй, сделать его более комфортным, более приемлемым для трудящихся: это в долговременном плане невозможно принципиально. Наша задача в том, чтоб опершись на нынешний, значительно более мощный, чем во времена Плеханова, пролетариат, изменить революционным путем саму общественно-экономическую формацию. Нет совершенно никакой возможности, выполнив некие «N шагов», преобразовать нынешний капиталистический строй в строй коммунистический. Этот строй придется полностью и окончательно уничтожить, стереть под корень, а на его обломках создать новый, не имеющий ничего общего с капиталистическим — коммунистический. И сделать то возможно только одним способом: революционным путем. Все иные пути доказали свою абсолютную непригодность. Чем раньше большинство лидеров пролетарских и левых движений поймут этот очевидный и логичный факт — тем быстрее и бескровнее произойдет пролетарская революция. Тем быстрее трудящиеся скинут ярмо капиталистического рабства.

Наша задача, как и задача тех далеких лет — опереться на рабочий класс, развивать его классовое сознание, помочь ему создать свою рабочую партию. При этом не стоит уповать на то, что в современной России уже есть множество т. н. «коммунистических» партий. Мы — марксисты, должны четко разделять форму и содержание. Те «коммунистические» партии, которые не ставят своей целью пролетарскую революцию, уповают на немыслимые, что не раз доказала история, «парламентские» преобразования капитализма в социализм. Те партии, которые не ставят целью исключение частной собственности на средства производства, а толкуют о неком «особом китайском пути», якобы возможном и в России — коммунистические лишь по форме, по названию. Суть же их пока не определена. Наша задача — задача большевиков, всячески направлять такие партии на путь большевизма, показывать и разъяснять товарищам их ошибки и заблуждения. Наша задача, используя инфраструктуры таких организаций вычленять из них действительно коммунистических по идеологии товарищей и создавать из них единое большевистское ядро. Как часть народников, об этом мы скажем в дальнейшем, разочаровавшись в народничестве влилось в партию большевиков, так и нынешние настоящие коммунисты впоследствии покинут симулякры «коммунистических» по виду, но мелкобуржуазных по сути партий и объединятся в единую партию. Партию большевистскую, поскольку только такая партия способна повести за собой трудящихся на победу над буржуазной системой.

Плеханов разбил и второй основной ошибочный взгляд народников: отрицание ими передовой роли пролетариата в революционной борьбе. Народники рассматривали появление пролетариата в России, как своего рода несчастье, писали о «язве пролетариатства». Нынешние «народники» просто не замечают, не видят более 70 млн. человек, составляющие пролетариат. Они вопрошают: «где вы видите пролетариат». Нынешние «народники» перекладывают революционность и передовую роль в революционном движении на, например, интеллигенцию, на служащих в офисах и даже на мелкую буржуазию.

Плеханов утверждал и правильность этих утверждений доказала история, что именно на рост пролетариата, невзирая на его малочисленность в России, должны возложить революционеры свои главные надежды. В современной России роста числа пролетариата не будет: нынешняя фаза капитализма — загнивание и коллапс капиталистических отношений. Это, однако, не означает, что капитализм отомрет сам собой. Нет. Как тяжело больное животное он будет страдать и приносить страдания до тех пор, пока революционным путем не будет сменен на коммунистический строй. Но загнивая, он приводит к сокращению промышленного пролетариата в отдельных странах. Вовсе обойтись без пролетариата капиталисты не могут, поскольку только промышленный пролетариат создает добавленную стоимость. Ни один робот, ни один станок сам по себе не создаст добавленной стоимости, а значит, в глобальном плане не создаст прибыль для буржуя. Ведь прибыль — это неоплаченный трудившимся труд. Не будь трудящихся — не будет и неоплаченного труда, а значит и прибыли для буржуя. Ведь для получения прибыли недостаточно просто произвести продукцию. Ее нужно превратить в товар, который будет куплен, в конце-концов, конечным потребителем. Если продукция производится, например, полностью роботизированным производством, то из товарообмена исключаются огромное количество людей. Это равносильно сокращению рынка. С другой стороны, цена такого товара уже не определена ничем, поскольку в его производстве нет ценообразующего элемента — труда. Такой «товар» подобен дару природы, а значит, не является товаром. Ценообразование и почему дары природы не являются товаром прекрасно рассмотрены Марксом в «капитале».

Таким образом: как в прошлом, так и сейчас, основным революционным классом является пролетариат. Как в прошлые времена. Так и во времена нынешние, передовую роль пролетариата пытаются отрицать всевозможные последователи народников. Изучая события прошлой борьбы с народничеством мы видим полную переносимость ее на день нынешний, конечно с учетом объективных отличий исторической ситуации. Из такой борьбы можно и нужно извлекать полезный опыт и не повторять ошибок и заблуждений уже ранее опровергнутых суждений.

Часто возникает вопрос о том, почему большевики сделали и делают упор на революционность именно пролетариата? Ответ прост: потому, что именно пролетариат связан с наиболее передовой формой общественно-экономических отношений — с крупным производством. Потому, что без любого другого класса капитализм может существовать, а без класса пролетариата сами экономические отношения в капиталистическом обществе теряют смысл. Капитализм, гипотетически, может существовать даже без класса капиталистов, например, замененный вычислительными машинами, или, например, гос капитализм, где в качестве коллективного капиталиста выступает государство, но без пролетариата он абсолютно невозможен, как невозможно существование кровопийц без доноров из которых высасывается кровь — прибавочная стоимость. Если нет овеществленного труда — нет прибавочной стоимости. Нет прибавочной стоимости — капиталист не получит прибыль. Ни роботы, ни автоматы сами по себе прибавочную стоимость не создают. Создать ее может только помыленный пролетариат — рабочий. Капитализм возможен без интеллигенции, без крестьянства и даже без капиталистов. Но он совершенно немыслим без пролетариата. При этом, пролетариат является еще и могильщиком капитализма, поскольку в капиталистическом обществе является угнетенным классом. Значит, как раньше, так и теперь, пролетариат является основным революционным классом. Без него, без его участия и поддержки, никакая революция попросту невозможна. Это и доказывал Плеханов с группой марксистов. И это доказательство актуально и в настоящее время.

Следует однако учитывать, что нынешняя фаза капитализма — империализм, делает восприятие ряда выводов запутанным и неявным. Так, например, перенос основного количества производств в страны с наиболее дешевой рабочей силой, внедрение систем автоматизации и прочие отличия последней фазы капитализма — империализма от «наивного» развивающегося капитализма в рассматриваемый период может иногда сбить с толку. Действительно, о какой революционной роли пролетариата может идти речь, если основные производства в настоящее время находятся в странах Азии и Китае, а национальный пролетариат — пролетариат в национальных государствах вырождается, его число сокращается. Однако и в условиях капитализма империалистического, роль пролетариата остается прежней: без него капитализм невозможен. Национальный пролетариат вне зависимости от того, какое место в империалистическом мире занимает страна в ней совершенно необходим. Капиталисты в даже странах т. н. «периферийного капитализма» не могут полностью избавиться от него, иначе для них потеряется смысл в самом существовании такой страны. Потеря же страны чревата резким сокращением рынков сбыта — главного дефицита современной кап. системы. Более того, т. н. Страны «периферийного капитализма» – это источники сырья для империалистических монополий, а значит, в них непременно должен быть пролетариат, занимающийся добычей и первичной обработкой этого сырья. В этом ситуация совершенно идентичная ситуации с Царской России, которая заняла место периферийной страны среди развивающегося более высокими темпами и возникшего ранее мирового капитализма. Это делает опыт борьбы с капиталистическим режимом в Царской России еще более актуальным, более переносимым на современное состояние страны.

В революции пролетариату Царской России было нечего терять кроме своих цепей. Прием это вовсе не фигура речи, а описание реального положения. Пролетариат в царской России был: во-первых — полностью лишен каких-либо прав и свобод, а во-вторых — полностью лишен какой-либо собственности. Эти обстоятельства делали его наиболее подвижным, политически активным классом. Ведь в случае победы он обретал хоть что-то, если не все, а в случае поражения — хуже бы уже было попросту невозможно. Это пока самое серьезное отличие положения пролетариата царской и современной России. Однако, тенденция развития капитализма, в частности глобальный и всеобщий кризис, который тщетно пытаются сгладить объявив т. н. «коронавирусную пандемию». Пролетаризирует огромное количество трудящихся, приводя их в состояние пролетариата царских времен.

Иное положение занимало дореволюционное единоличное крестьянство. Крестьянство — это класс, который был связан с наиболее отсталой формой хозяйства — мелким производством. В связи с чем оно не имело и не могло иметь большой будущности. Крестьянство, будучи связанным с частной собственностью н средства производства, не только не росло как класс, но все более распадалось на буржуазию — кулаки и бедняков — батраков и полупролетариаев. Кроме того, будучи связанным с частой собственностью на средства производство, единоличное крестьянство было органическим носителем мелкобуржуазной идеологии. К тому же, крестьянство в Царской России было распылено, малограмотно и забито многовековым угнетением со стороны помещиков. Поэтому крайне неохотно шло в революционные движения, мало понимая суть идеологии и от того опасаясь быть обманутым. К тому же, занимаясь малопроизводительным, изнурительным рутинным трудом, зачастую не имело не сил, ни времени, ни желания участвовать в каких-либо малознакомых и новых процессах.

Несмотря на состояние крестьянства, народники утверждали, что социализм в Россию придет не через пролетарскую революцию, а через крестьянскую общину, которую ошибочно считали зародышем и базой социализма не понимая, что крестьянская община в России — это не следующая ступень в организации общественных отношений, а пережиток общинно-родового строя. Не шаг вперед, а результат огромного отставания России от многих Европейских стран, прошедших общинно-родовые отношения гораздо в более раннее время.

Кроме того, крестьянская община не была и не могла быть зародышем социализма еще и потому, что в общине безраздельно господствовали кулаки — мироеды. В общине царила эксплуатация кулаками батраков и маломощных середняков. При таком устройстве общины, землей пользовались те, у кого был рабочий скот и сельскохозяйственный инвентарь. Т.е. кулаки и зажиточные середняки. Маломощные безлошадные крестьяне вынуждены были отдавать землю кулакам и идти в наймиты, в батраки. Т.О. крестьянская община была удобным средством для безраздельной власти кулаков и хорошей организацией для царизма по сбору налогов с крестьян путем круговой поруки. Именно из-за этого царизм и не трогал крестьянскую общину. Тем более нелепо было бы считать такую общину зародышем или базой социализма.

Плеханов разбил и третье заблуждение народников насчет исключительной роли личности в истории и ничтожности роли народной массы «толпы», народов, классов. Плеханов четко показал, что такой подход — чистейший идеализм, а правда овсе не на стороне идеализма, но на стороне материализма, материалистическое диалектического подхода Маркса и Энгельса. Увы, но в нынешнее время маховый идеалистический взгляд на роль «героев» в исторических процессах так же, как и в царское время процветает в умах ряда «леваков». Часто приходится слышать мнение, что мол, нынче нет вождя, нет Ленина, за которым пошел бы народ. Вождизм — это одно из проявления идеализма. Это ожидание «героя», который бы все решил за нас. Эта болезнь присуща множеству людей, равно как и вытекающая из нее выученная беспомощность – «а что я могу?», или, «а что я могу один?».

Интересный материал:  Россия и трудовая миграция - классовый подход

Мы = большевики, вовсе не отрицаем роль личности в истории. Мы отрицаем, и не безосновательно, исключительную роль личности. Личность, пусть даже и самая гениальная — это продукт общественных отношений. Для формирования той или иной личности требуется общественная среда — условия формирования, ведь именно бытие определяет сознание. Материальный мир формирует мир духовный. Сформированная под воздействием общественных отношений, общественной среды личность — уже плод этой среды: этого народа, этой массы, этих меж классовых отношений и противоречий ими вызванных. Далее, личность сама по себе — это всего одна человеческая сила. Ее воздействие на окружающую действительность ограничено человеческими возможностями. Ее осознание действительности — субъективно. Невозможно представить некую «личность в себе», отделенную от материального мира и лишь «Промысливающую» его многообразие. С другой стороны, личность, взаимодействуя со множеством других людей пробуждает личностные качества в них, при этом меняясь также сама. Но даже в таком случае, все многообразие общественных процессов ни сама личность, ни множество личностей с нею взаимодействующих не определят, тогда как целый класс людей, целое многообразие личностей участвующих в общих для всех них общественных отношениях, именно они определяют всей своей массой, всем классом, отношения в обществе. Роль личности тут сводится к взаимодействию с классом, посредством взаимодействия с максимально большим числом представителей этого класса. Причем это взаимодействие — обоюдно. Личность меняет восприятие мира у некоторого количества людей представляющих класс, путем разъяснения им своего видения ситуации, одновременно изменяясь под воздействием их суждений, информации поступающей к ней от этих людей. Группа же людей, оценивая и перерабатывая информацию, взгляды и суждения, получаемые от этой личности, формируют свои взгляды, суждения и проч., которыми они делятся с другими членами класса. Если их суждения, взгляды и проч., соответствуют объективным условиям и могут быть правильно воспринятыми значительным числом представителей класса, можно сказать, что произошло изменение классового сознания. Если нет — значит, либо суждения ложны, либо не соответствуют уровню классового сознания в настоящее время — пока не своевременны. В первом случае было бы ошибочно полагать, что непосредственно первая личность произвела изменения в умах множества людей, поскольку даже те, с кем она непосредственно взаимодействовала не напрямую воспринимали мысли суждения и проч., но через личную переоценку, личное переосмысление. Они принимали в процессе самое активное и непосредственное участие, а значит, та результирующая к которой в конце-концов пришла сколько-нибудь значительная группа людей — это плод совместной деятельности, а не исключительная заслуга кого-то одного. Вклад может быть разным, но действие — совместное. И не факт, что результирующая — та общая мысль, то общее осмысление, что получилось в результате было бы возможно в случае, если бы один человек, пускай и многогениальный, занимался бы мыслительным процессом в одиночку.

Про случай, когда герой невзирая ни на что побеждает «силы зла», как это показывают в современных второсортных Западных боевиках, останавливаться, вероятно, нет смысла: если задача по изменению к лучшему доступна всего одному человеку, то такая задача была бы решена просто случайным применением силы несколькими людьми, согласно теории вероятности. Т.е., акая задача решалась бы автоматически, просто хаотическим приложением усилий. Естественно, что столь сложный процесс, как смена общественно-экономической формации не относится к таким просто решаемым задачам и требует приложения недюжинных скоординированных усилий, причем в строго определенное время — во время т. н. «революционной ситуации», всеми угнетенными классами пи ведущей роли класса пролетариата.

Иначе говоря, мы — большевики, не преувеличиваем и при этом не отрицаем, например, выдающуюся роль В.И. Ленина в деле победы пролетарской революции. Но мы твердо убеждены, что ни гения Ленина, ни кого угодно другого было бы недостаточно, не будь создано усилием множества людей, включая и Владимира Ильича, партии большевиков, как передового отряда рабочего класса. Без рабочего класса, никакая партия, никакой вождь с задачами пролетарской революции бы не справились, как без партии, один лишь вождь не справился бы с направлением классового сознание рабочих в революционное русло. Но для осуществления революции одного т. н. «субъективного» фактора — наличия партии большевиков мало. Классовое сознание невозможно искусственно зародить. Оно пробуждается под воздействием объективных условий — изменения способов производства и накопления противоречий между производственными силами и производственными отношениями. Для того, чтоб революция стала возможно необходимо, помимо субъективного фактора наличие еще и объективных условий — наличие революционной ситуации. Как мы видим, даже субъективный фактор необходимый для изменения общества не связан только с одной личностью, не говоря уже о факторе объективном.

Народники же полагали, что достаточно «героя» – и дело революции решено.

Плеханов развил и доказал, марксистский взгляд, согласно которому развитие общества определяется не пожеланиями и идеями отдельных выдающихся личностей, а объективными материальными условиями существования общества. Изменениями способов производства материальных благ, необходимых обществу, изменением отношений классов в области производства благ, борьбой классов за место в области производства и распределения материальных благ.

Не идеи определяют общественно-экономические отношения, а общественно-экономические отношения определяют идеи. Любая, даже самая гениальная, но не своевременная идея превращается в ничто, если она не подкреплена, не обусловлена общественно-экономической надобностью, или идет в разрез с потребностями передового класса. И только, если идеи выдающихся людей выражают общественно-экономические потребности общества, такие люди действительно становятся выдающимися. Этим в частности, объясняется, с одной стороны, активный интерес к левым идеям со стороны широких народных масс — уровень общественно-экономического угнетения стимулирует в народе такой интерес, а с другой — невысокий пока интерес к идеям революционным, идеям большевизма: пролетариату пока еще есть что терять, пока еще уровень угнетения и бесправия не создал необходимых условий для широчайшего распространения большевистских идей и недостаточен для вовлечения в революционную деятельность большой части трудящихся. Классовое сознание у пролетариата еще спит. Но его пробуждению способствуют объективные процессы капиталистического общества. Это дает нам — большевикам, возможность готовить силы и средства для направления классового сознания в единственную сторону, которая приводит людей труда к победе — в сторону пролетарской революции. Удивительно, но задолго еще до Великой Октябрьской Социалистической Революции и, тем более, до наших дней, ситуацию совершенно правильно оценил и буквально «разжевал» Плеханов в споре с народниками.

Герои, выдающиеся личности непременно попадают в смешную ситуацию и воспринимаются чудаками-неудачниками, если они неправильно оценивают общественно-экономическую ситуацию в обществе и начинают переть против объектных законов развития общества, возомнив себя «делателями истории». К разряду таких «чудаков-неудачников» и принадлежали народники.

Работа Плеханова по разоблачению народничества основательно подорвало отношение к идеям народников среди активной студенческой молодежи и интеллигенции. Но полный разгром народнических идей осуществил В.И. Ленин.

Большинство народников после разгрома «Народной воли» отказалось от борьбы с царизмом и стало на путь примирения и соглашательства. Народники в 1880-90-х годах стали выразителями идей кулачества.

Группа «Освобождения труда» составила 2 программы русских социал-демократов. Это был крайне важный шаг для создания марксисткой социал-демократической партии в России. Но у группы «Освобождения труда» были и серьезные ошибки, связанные с пережитком народничества. Так, в первой программе допускалась тактика индивидуального террора. Плеханов также не учитывал, что для победы над царизмом требуется союз пролетариата с крестьянством. Без крестьянства — основной массы населения, никакой победы над царизмом не будет. Боле того, Плеханов полагал, что средняя буржуазия может оказать поддержку революции, хотя, и не прочную поддержку. Эти ошибочные взгляды Плеханова были зародышем его будущих меньшевистских взглядов.

Ни «Группа освобождения труда», ни марксистские кружки того времени не были еще практически связаны с рабочим движением.

Этот период был пока еще периодом становления и упрочнения в России марксизма, период возникновения в России социал-демократии. Социал-демократия в период с 1884 по 1894 годы существовала в виде не связанных, или очень мало связанных с рабочим движением групп и кружков. Этот процесс развития социал-демократии В.И. Ленин назвал процессом «утробного развития». Группа «Освобождения труда» лишь теоретически основала социал-демократию и сделала шаг навстречу рабочему движению, указывал Ленин.

Становление пролетарского движения в России, как и все общественные процессы протекают по общим законам и закономерностям. Так в современной России немало партий, организаций, кружков и общественных движений находящихся в таком-же «утробном развитии», как и марксистские движения и кружки того времени. Несмотря на громкие названия в которых есть слово «коммунистический» или «марксистский», большинство таких организаций во-первых не являются на самом деле действительно марксистскими, но стоят на половинчатых, шатких позициях ревизионизма и соглашательства. Лидеры многих из них выдают тезисы о, якобы, устаревании марксизма, о том, что требуется реформация основных марксистских положений. Они утверждают о, якобы, наличии некого «особого пути», пути без революционных преобразований, когда простыми буржуазными парламентскими выборами, якобы, возможно построение коммунизма. Ряд таких организаций рассуждают о, якобы, возможности построения «капитализма с человеческим лицом», путем использования отдельных элементов социалистической и капиталистической экономик. Они рассматривают, например, НЭП, не как временное отступление от строительства коммунизма, не как вынужденную меру, но как желаемый ими «обновленный социализм». При этом не понимаются и не берутся в расчет ряд ключевых, непременных моментов:

1. НЭП в Советской России была объявлена при наличии во-первых — диктатуры пролетариата, а во-вторых — при наличии сильной и закаленной в боях Гражданской войны партии большевиков.

2. Любое отступление, любая поблажка буржуазной системе в стране порождает множество проблем связанных с перерождением значительной части населения и ряда членов партии, что несомненно может привести к успеху попыток реставрации капитализма.

Из этого следует, что вводя такие меры, как например НЭП, или следуя по «китайскому пути», необходимо усиливать классовую борьбу многократно. Необходимо крайне жесткие меры по постоянной очистке партийных рядов. Необходимо иметь фактические возможности, по настоящему действенные рычаги свернуть или значительно ограничить НЭП в тот момент, когда острая необходимость в нем отпадет. Боле того, длительное развитие капитализма параллельно с правлением коммунистической партией ставит вопрос о том, возможно ли будет без новой революции произвести отказ от капиталистических отношений окончательно, поскольку, как показала практика, например последних Кубинских событий, длительное параллельное сосуществование двух систем — социалистической и капиталистической приводит к гораздо большим противоречиям, чем даже сама капиталистическая система. И вопрос вскоре ставится открыто: кто кого. А с учетом широчайшего буржуазного окружения, совершенно очевидно кто и кого. Не исключение и т. н. «социализм с китайской спецификой»: обладая огромной властью и располагая невероятными силами и средствами, КПК, однако, является по-сути заложником капиталистических отношений в собственной стране. И даже понимая тот факт, что капиталистические рыночные отношения уже приносят Китаю и китайскому народу больше вреда, чем пользы, тем ни менее КПК оказывается не в состоянии свернуть или хотя-бы существенно ограничить рыночные капиталистические механизмы в стране.

Всего этого, либо не понимают, либо сознательно не придают значения лидеры партий, которые должны бы, называясь коммунистическими, быть непременно марксистскими. Но нет! Они, как и их предшественники из далеких 1880-х — 1890-х толкуют о слиянии, мирном сосуществовании, о распыленности и инертности пролетариата и прочую меньшевистско-народническую чепуху. Марксистские кружки, «коммунистические» по названию, а не по сути партии и прочие «левые» организации должны вначале пройти путь установления марксисткой, а не суррогатной идеологии, связать свою деятельность с рабочими движениями, которые без такой связи остаются мелкобуржуазными, тредюниорскими и только после этого объединиться в единую социал-демократическую партию, которой впоследствии придется еще и расколоться на меньшевиков и большевиков. Произойдет такой раскол также по совершено объективным причинам и законам, которые мы рассмотрим в дальнейшем.

Важное отличие современности от исторического аналога становления социал-демократического движения в Царской России является тот факт, что множество открытий, множество законов и закономерностей, которые вынуждены были делать теоретики марксизма тех времен нам нынче известны и понятны. И мы можем и должны развивать марксистскую теорию уже не с самого начала, а применительно к текущему моменту с учетом всех наработок наших предшественников.

У нас есть даже целые инфраструктурные организации в виде тех-же «коммунистических» по форме партий. Используя все подобные наработки мы можем и должны пройти путь от становления марксизма до создание пролетарской большевистской партии значительно более высокими темпами, чем ощупью шли наши предшественники. Но при этом стоит не забывать, что ля действительно сильной, действительно рабочей, по настоящему пролетарской и большевистской партией партия может стать тогда, когда объективные условия в стране сделают большевизм востребованным. Задача большевиков в настоящее время, когда время пролетарского подъема еще не наступило — готовить грамотное, сволоченное и стойкое ядро своей будущей БОЛЬШЕВИСТСКОЙ партии.

Иван КЭП

Продолжение следует.



Просмотров: 290

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.