Современные реформы образования и науки как зеркало противоречий позднего капитализма (часть 1)

Автор: | 2020-03-12
Современные реформы образования и науки как зеркало противоречий позднего капитализма (часть 1)

Современные реформы образования и науки как зеркало противоречий позднего капитализма (часть 1)

Наука и образование, становясь, как и предсказывал К. Маркс, непосредственной производительной силой общества, в рамках капиталистического способа производства приобретают характерную социально-экономическую и культурную форму, которая отличает их от науки и образования предшествующих исторических эпох. Эпоха глобального капитала порождает новые вызовы, на которые возможны различные ответы. Мы рассмотрим две модели реагирования на эти вызовы, персонифицированные позициями ЮНЕСКО и Мирового банка на мировом уровне, а затем посмотрим, как эта проблематика преломляется в научно-образовательных проектах в России.

Такой стереоскопический взгляд позволяет увидеть общее и особенное в процессах преобразования общественного способа производства за счет изменения роли и способов взаимодействия в нем духовного производства и производства материального. Мы полагаем, что именно это преобразование общественного способа производства, в которое так или иначе вовлечены все страны и народы, составляет содержание того, что называют «глобализацией», в процессе которой рождается новое общество, называемое «обществом знаний», «когнитивным обществом», «экономикой знаний». Это формирующееся на наших глазах новое общество возникает на основе тех общественных форм и отношений, которые получили развитие в рамках позднего капитализма, а потому неизбежно унаследует некоторые его черты. Вопрос заключается в том, какое «наследство» мы сохраним, а от какого откажемся. Каким будет это «общество знаний»? Будут ли знания доступны только привилегированному меньшинству, как это было во всей предшествующей истории, или знания станут доступны всем членам общества, поскольку для этого впервые в истории возникли все необходимые материально-технические предпосылки?

Позиция ЮНЕСКО по вопросам развития образования и науки в современную эпоху, выраженная в докладе «Переосмысливая образование. Образование как всеобщее благо?» (Париж, 2015), может быть суммирована таким образом. Современная модель образования должна быть ориентирована на устойчивое развитие общества как главную цель. Эту модель отличает гуманистический подход к образованию, что «означает отказ от узкоутилитарного подхода и экономизма с целью учета всего многообразия измерений человеческого бытия» и «предполагает уделение особого внимания вопросам социальной интеграции групп населения, нередко являющихся объектом дискриминации», что дает «всем без исключения возможность раскрыть свой потенциал в интересах устойчивого будущего и достойной жизни» [1, с. 10]. Гуманистический подход связан с реализацией права человека на образование, понимаемого как право на развитие человеческой личности. Экономический аспект образования для этого подхода имеет важное значение, однако его сторонники призывают не ограничиваться рамками чисто утилитарной концепцией развития человеческого капитала, свойственной современному либеральному дискурсу. Образование включает воспитание, формирование ценностных установок уважения к человеческой жизни и достоинству человека, необходимых для обеспечения социальной гармонии в условиях многообразия мира. Осознание фундаментальной важности учета этических аспектов в процессе развития противопоставляется доминирующему в настоящий момент «экономико-центричному дискурсу» [1, с. 37]. Поэтому сторонники гуманистического подхода считают, что следует отказаться от систем обучения, в которых человек воспринимается как товар [1, с. 38].

В докладе ЮНЕСКО отмечается, что характер и масштабы участия частного сектора в оказании образовательных услуг способствуют размыванию границ между государственным и частным образованием [1, c. 83]. В связи с этим авторы доклада ЮНЕСКО выдвигают идею о том, что образование следует понимать как «общее благо». Это понятие отличается от «общественного блага» тем, что оно трактует знание и образование как общее наследие человечества, которое принадлежит всем членам общества, объединенных совместной деятельностью, является инклюзивным и направлено на реализацию основных прав всех людей. Образование как общее благо требует ограничения режима приватизации образования, превращения непосредственно общественных по своей природе знаний в объект частного права. Образование должно реагировать на изменяющиеся потребности современного рынка труда, но такая гибкость должна достигаться за счет многопрофильности и универсальности системы образования.

Иная модель образования продвигается в проектах Мирового банка (С программой реформы образования, продвигаемой Мировым банком, можно познакомиться по следующим публикациям: [2], [3], [4]). Если выделить ее суть, то она заключается в формуле «образование как услуга капиталу». Мировой банк исходит из того, что институт образования предназначен для подготовки квалифицированной рабочей силы для рынка труда, а затраты на ее подготовку следует перекладывать на самого носителя рабочей силы, развивая платное образование. При этом объем подготовки наемного работника не должен превышать суммы знаний и навыков-компетенций, которые будут требоваться функциональными обязанностями той должности, которую ему предложит наниматель. Если в силу научно-технического прогресса профессия исчезает, то работнику следует приобретать новую профессию. «Образование на протяжении всей жизни» здесь понимается не как процесс саморазвития человека, а как бег ослика за морковкой, именуемой «образовательным капиталом», который, как мы видим, обесценивается при появлении каждого нового поколения техники и росте безработицы на рынке труда.

Мировая система образования Мировому банку видится выстроенной иерархически. На ее вершине находятся «университеты мирового класса», в которых ведутся прорывные научные исследования, сосредоточена мировая элита ученых, учится наиболее одаренная молодежь со всего мира. Содержание таких университетов могут позволить только наиболее богатые страны, в первых рядах которых находится США. Ниже этих элитных вузов будут находиться университеты, предназначенные для обеспечения кадрами региональных экономик, а еще ниже – некие учебные заведения типа «сервисных и сертификационных центров», в которых обучающиеся будут потреблять онлайн образовательный контент и верифицировать свои образовательные достижения.

При сравнении этих двух концептуальных подходов к развитию образования в условиях глобализации мы видим, что подход ЮНЕСКО отличается от подхода Мирового банка тем, что:

1) он рассматривает образование как институт расширенного воспроизводства общества, культуры и человека, в то время как для Мирового банка образование — это подготовка кадров для капиталистического рынка труда и средство расширенного воспроизводства капитала;

2) для ЮНЕСКО образование должно служить не только научнотехническому, но и социо-культурному и духовному прогрессу общества; Мировой банк озабочен научно-техническим и экономическим прогрессом, его подход к образованию технократический и экономико-центрический;

3) ЮНЕСКО настаивает на демократической организации образования, на его доступности и инклюзивности, справедливо полагая, что такое образование может укрепить демократические основы общества, ввести социальные и прочие конфликты современного общества в русло их цивилизованного обсуждения и разрешения; Мировой банк своей иерархической образовательной пирамидой закладывает основы для нового издания сословного общества, в котором глобальная элита будет оснащена высшими достижениями науки и техники, которые позволят ей держать в узде низшие сословия.

Интересный материал:  Почему хлеб «не тот»

Мы видим, что на вызовы глобализации возможны разные ответы, а значит, и сама глобализация может быть наполнена разным содержанием. Общая траектория движения глобализации не содержит в себе ничего фатального, она зависит от выбора каждого государства, от того, насколько удастся найти оптимальную меру сочетания объективных возможностей, открываемых глобальным развитием науки, техники, средств массовой коммуникации, экономики и потребностями каждой конкретной страны, уровнем развития общей и профессиональной культуры ее граждан, системой их ценностей и трудовой мотивацией. С этой точки зрения мы предлагаем взглянуть на те проекты реформы образования, которые вызывают острые дискуссии в российском обществе. К их числу принадлежат проекты, которые разрабатывают Агентство стратегических инициатив, Московская школа управления «Сколково», Сколтех – «Будущее образования: глобальная повестка» [5] и «Эпоха «гринфилда» в образовании» [6].

Эти проекты, по-видимому, создаются с благой целью – обеспечить России достойное место в мировой системе образования и науки путем форсированного введения всех мировых образовательных новинок и механизмов управления системой образования. Авторы скрупулезно собрали все «тренды» в глобальной образовательной системе и с гайдаровской радикальностью собираются по этим лекалам перекроить российскую систему образования. Их подход к российской системе образования точнее будет назвать не реформой, а построением в «чистом поле» (англ. «гринфилд» – буквально «зеленое поле», в переносном смысле – чистое, невспаханное поле) новой системы образования. Образование для них «нематериальный инвестиционный актив, процесс формирования, фиксации и капитализации которого нужно сделать максимально управляемым», в нем происходит «формирование индивидуальных траекторий обучения под запросы заказчиков». При этом «заказчики» стремятся собственные расходы на образование сделать минимальными, а контроль за ним – максимальным. При такой «оптимизации» полноценное высшее образование предполагается сделать эксклюзивным, богатым по содержанию, а массовое образование должно стать усвоением набора «компетенций», необходимых для обслуживания текущих потребностей рынка труда.

В элитарном образовании сохраняется «живое» обучение, но оно «будет сравнительно более дорогим» и, как следствие, будет иметь «премиальный характер». Элитарное образование ещѐ будет связано с развитием творческого мышления. Но массовое образование на это уже не нацелено. Это образование основано на дистанционном самообучении с последующим тестированием усвоенных компетенций и сетевой оценкой «репутаций» (которые отныне будут заменять публичную проверку профессиональных знаний и навыков). Эта образовательная модель настроена на разрыв классической связи обучения и научного исследования, личностной связи преподавателя и студента, и предназначена для подготовки «компетентного исполнителя». Авторитет ученого и учителя заменяется «общественной репутацией», учащийся не входит на время обучения в реальную корпорацию профессоров и студентов, а ориентируется на «бренд» вуза, раскрученный в виртуальном пространстве интернета и «сетевого сообщества». Этот «бренд», нанесенный на свидетельство о прохождении тестирования, предполагается достаточным основанием для получения работы.

Все эти «тренды» преподносятся как состоявшийся факт и совершенно безальтернативная реальность. А единственной функцией высшего образования, по мнению авторов подобных проектов, является оказание услуг капиталу.

Авторы этих проектов не отдают (или отдают?) себе отчет в том, что они предлагают образовательную систему России подчинить правилам глобальной иерархии, закрепляя Россию на периферии современного мира. Эти проекты проникнуты духом технократизма, для их авторов и учащиеся, и преподаватели являются не субъектами, а объектами образовательных реформ. Авторы проектов не задумывается над тем, насколько отвечают потребностям и интересам членов образовательного сообщества и нуждам страны предлагаемые ими реформы. Видимо они рассчитывают во имя абстрактных «мировых образовательных трендов» проводить эти реформы мерами административного давления. Научное обоснование этих проектов сомнительно, а в практическом плане они ущербны и опасны.

Вся история развития образования и науки свидетельствует, что творческий прорыв в науке и образовании возникает не в условиях возведения кастовых перегородок в обществе, а как продукт синергии больших национальных проектов, национального единения, усилия по улучшению жизни всех членов общества на основе раскрытия творческого потенциала каждого человека. В этом смысле более предпочтительным выглядит подход к реформе образования и науки, который предложен коллективом ученых Сибирского федерального университета, при участии 730 экспертов из 7 федеральных университетов, 8 национальных исследовательских университетов, 69 вузов и 30 исследовательских организаций, бизнеса и органов власти [7].

Достоинством этого проекта является то, что его авторы отталкиваются от реальных проблем существующей российской системы образования и науки. Они моделируют различные способы решения этих проблем, увязывая реформу науки и образования с возможными сценариями развития России, переживающей период перехода от индустриального общества к постиндустриальному обществу («когнитивному обществу», «экономике знаний»). Успех этого перехода не предрешен. Страна может застрять на фазе «сырьевой экономики», может двинуться по пути «догоняющей модернизации», может удовлетвориться позицией «локального лидера», наконец, может избрать амбициозный сценарий построения «когнитивного общества».

Авторы проекта исходят из того, что образование и наука выполняют значительное количество социальных функций, а не являются всего лишь «служанками капитала», и набор этих функций меняется в зависимости от того, по какому сценарию пойдет развитие России. Они выделяют такие функции: 1) традиционные функции подготовки кадров и проведения научных исследований; 2) функцию «генерации нового»; 3) функцию удовлетворения образовательных запросов личности; 4) общественно-преобразующую функцию – создание и поддержание «новой социальной реальности», новых коммуникаций и отношений в обществе; 5) функцию поддержания социальной стабильности в обществе.

Продолжение следует.

Николай Рагозин, журнал «Культура и цивилизация» (№ 2 (10) / 2019)

Источник.



Просмотров: 0