Синдикализм

Автор: | 18.04.2019
Синдикализм

Синдикализм

СИНДИКАЛИЗМ — оппортунистическое течение в международном рабочем движении, нашедшее довольно широкое распространение с конца XIX и начала XX вв. преимущественно в романских странах и особенно во Франции н Испании. Анархо-синдикализм был на протяжении десятков лет господствующим течением в рабочем движении Аргентины, Уругвая, Мексики. Колумбии, Перу и Боливии.

Идеи синдикализма, почерпнутые из анархистских учений Прудона, Бакунина, Кропоткина и др., получили наиболее законченное выражение в анархо-синдикализме [или, как его называли внутри Всеобщей конфедерации труда (ВКТ), — «революционном синдикализме»].

Видными идеологами синдикализма явились Лагардель, Сорель, Берт, Пуже, Пеллутье, Ивто, Гриффюэль, Монат и др.

Франция явилась классической страной развития синдикалистского движения. Родственными по духу с французским синдикализмом, хотя и отличающимися своими особенностями, отображающими своеобразные условия исторического, хозяйственного и политического развития и различные пути развития рабочего движения, явились синдикалистские течения в США («Индустриальные рабочие мира»), Испании, Италии, Швеции, Германии, Голландии и др.

Синдикализм не представляет собой однородного течения и имеет целый ряд оттенков, отличающихся друг от друга различным пониманием и отношением к государству и государственной власти, к принципам классовой борьбы и её методам, к сотрудничеству с политической партией пролетариата. Но все течения синдикализма объединяет отрицательное отношение ко всякому государству, в том числе и к диктатуре пролетариата, к политической борьбе и парламентаризму. Их объединяет признание исключительности профессионального движения и его приоритета над политическими формами рабочего движения.

Сторонники синдикализма считали синдикаты организациями авангарда рабочего класса и связывали эту свою точку зрения со своим тезисом о роли «сознательного» или «действенного» меньшинства в рабочем движении. В статье «Общий характер синдикалиэма» (1908) Лагардель следующим образом определил сущность синдикализма: «Синдикализм это теория, которая приписывает профессиональным рабочим организациям, воодушевлённым революционным духом, способность совершить социальное преобразование. Это — «рабочий социализм». По своей концепции борьбы классов он противостоит чистому корпоратизму, типом которого является английский тред-юнионизм; в силу преобладающего значения, которое он придаёт пролетарскик организациям, он отличается от парламентского социализма; своим вниманием к положительному творчеству и презрением к идеологии он отличается от традиционного анархизма» (Lagardelle, Le eocialisme j ouvrier, Paris, 1911, стр. 325).

Определяя сущность «революционного синдикализма» как «ревизионизм слева», Ленин указывал на попытки его всячески причесать марксизм, выхолостить его революционное содержание. Ленин отмечал в этой связи, что «революционный синдикализм» всячески «приспособляется к марксизму, „исправляя» его: Лабриола в Италии, Лагардель во Франции сплошь да рядом апеллируют от Маркса, неверно понятого, к Марксу, верно понимаемому» (см. Ленин, Соч., т. XII, стр. 189). Попытки исправить и сочетать марксизм с анархизмом наблюдались и у Сореля. Беста, Де-Леона и др.

Анархистские взгляды на государство легли в основу принципиальной позиции по этому вопросу синдикалистов самых различных оттенков. «Синдикализм, — говорит Ленин, — либо отрицает революционную диктатуру пролетариата, либо сводит её, как и вообще политическую власть, на девятое место» (Ленин. Соч., т. XXI, стр. 259).

Синдикалисты и анархо-синдикалисты исходили, как и анархисты, из той предпосылки, что на следующий день после социалистической революции государство должно исчезнуть. Один из теоретиков синдикализма, Сорель, в своих «Размышлениях о насилии», высказывался со всей решительностью против идеи диктатуры пролетариата. Лабриола в Италии и Лагардель во Франции, подвергая учение Маркса и Энгельса ревизии «слева», пытались протащить контрабандным путём анархистские установки по вопросу о государстве в несколько более замаскированной форме. В статье «Интеллигенты и рабочий социализм» Лагардель высказывал мысль о том, что пролетариат сможет с помощью синдикатов постепенно образовать рабочее государство внутри государства капиталистического.

Исходя из отрицательного опыта парламентаризма и министериализма, синдикализм занял резко отрицательную позицию по отношению к парламентаризму, политической деятельности и политическим партиям. Синдикалисты считали, что парламентаризм и политические партии развращают пролетариат, подменяя революционную деятельность синдикатов и непосредственную борьбу рабочего класса за уничтожение капиталистической системы, погоней за мелкими реформами в рамках капиталистического строя.

В соответствии с оппортунистическими установками синдикалистов, синдикаты являются уже в рамках капиталистического строя, якобы, основой освобождённого от пут капитализма будущего общества и единственно способными к революционному действию организациями. Сторонники синдикализма представляли себе государство будущего как свободную ассоциацию производителей и считали, что в будущем обществе организация, планирование и управление народным хозяйством на социалистических началах будут осуществляться профсоюзами. Захвату власти пролетариатом, разрушению аппарата государственной власти буржуазии ими противопоставлена идея постепенного внедрения нового, рабочего государства ещё в рамках капиталистического общества.

Синдикалисты усиленно подчеркивают, что они стоят на позиции классовой борьбы. Но учению Маркса и Энгельса о руководящей роли партии пролетариата в классовой борьба сторонники синдикализма противопоставили принципы «прямого действия» исключительно на экономической почве, оружием которого являлись стачка, бойкот, саботаж и  всеобщая стачка как высшая форма борьбы рабочего класса за преобразование современного общества. Единственно действенным средством «социальной революции» синдикалисты считали всеобщую стачку. Однако они отнюдь не связывали всеобщую стачку с вооружённым восстанием. Многие идеологи синдикализма противопоставляли всеобщую стачку вооружённому восстанию (Жирар, Пеллутье и др.). Принцип «прямого действия» (action directe) заключался, по установках синдикализма, в непосредственных активных выступлениях рабочего класса, протекающих помимо политических партий и парламентских деятелей и направленных своим остриём против капиталистической системы и буржуазного государства.

Стачка играет в синдикалистском арсенале средств пролетарской борьбы революционизирующую и организующую роль. По мнению синдикалистов, стачка внедряет в рабочий класс веру в свои собственные силы, подготовляя его к решающим битвам за уничтожение капитализма. Всеобщая стачка представляла собой, по мнению синдикалистов, наиболее острое и действенное оружие в борьбе за осуществление задач «социальной революции». Синдикалисты считали, что каждая стачка — благо, что она постольку важна в смысле своей революционной ценности, поскольку она приближает окончательную победу пролетариата. По мнению синдикалистов, отрицательный исход стачки и поражение рабочих не играют существенной роли и являются в конечном счёте также достижением. Важно, чтобы стачки давали моральный эффект, материальные их результаты менее существенны.

Синдикалистское движение во Франции отнюдь не было однородным и внутренне единым. В противовес установкам «революционных синдикалистов» на методы «прямого действия», сторонники реформистского крыла французского синдикального движения, охватывавшего своим влиянием союзы печатников, механиков, текстильщиков, ж.-д. служащих и т.д., высказывались в 90-х гг. (XIX века – прим. РП) против применения методов «прямого действия», против участия в политической борьбе, за «нейтральность» профсоюзов, против борьбы за 8-часовой рабочий день, против применения женского труда в производстве и с особой настойчивостью подвергали резкой критике методы саботажа. С такой же решительностью высказывались они против всеобщей стачки, антимилитаристской пропаганды и за примирительное соглашение, за принципы и практику английских тред-юнионов и германских с.-д. «свободных» профсоюзов. Определяя задачи синдикального движения, руководитель федерации текстильщиков Ренар, отражая настроения новых кадров «рабочей аристократии», заявил на Амьенском конгрессе синдикатов в 1906 г.: «Синдикат должен быть том, что желает из него сделать закон: органом, который должен защищать заработную плату», достоинство рабочих, условия жизни и т. д. В то время как английские тред-юнионы, германские «свободные» профсоюзы и реформистское крыло французского профдвижения считали в довоенный период (до первой мировой войны – прим. РП) предварительным условием успешного проведения стачек мощные союзные кассы, приверженцы синдикализма пренебрегали богатыми стачечными фондами. Они ориентировались главным образом на боевой дух рабочих и их готовность на всякие жертвы и лишения, неизбежно связанные со стачками. Синдикалисты опасались, что накопление крупных стачечных фондов свяжет боевую энергию синдикатов, будет протекать в ущерб революционности стачечных боёв.

Синдикалисты не понимали органической связи между экономикой и политикой и, высказываясь против всякой политической деятельности, предоставляли последнюю буржуазным и социалистическим партиям. Понятие «политическая борьба» синдикалисты отождествляли с понятием «парламентская борьба». В определении взаимоотношений с политической партией пролетариата приверженцы синдикализма руководствовались Амьенской хартией 1906 г., отражая экономическую отсталость Франции и полуремесленный характер предприятий. Разочарованные в буржуазных политических партиях, они считали политическую деятельность ненужной и даже вредной для рабочего класса. Амьенская хартия гласит, что «в интересах наибольшего успеха синдикализма, экономическая борьба должна вестись непосредственно против класса хозяев, и конфедеральные организации, как группы синдикальные, должны стоять вне партий и сект, которые со своей стороны, независимо от профессиональных организаций, могут стремиться к социальным преобразованиям».

Уже на Амьенском конгрессе внутри синдикалистского лагеря начался внутренний процесс размежевания, в результате которого выкристаллизовались более умеренное течение (Гриффюэль, Мерргейм) и группа, сочувствовавшая синдикализму, внутри социалистической партии (Лагардель, Лафон, Моризе, Сорель, Перт и др.). Эта группа сторонников синдикализма придерживалась т. н. «самодовлеющего синдикализма» и старалась, по крайней мере на словах, противопоставить анархизму и социализму т.н. «чистый синдикализм», оставаясь, по существу, на анархо-синдикалистских позициях. Этому более умеренному крылу анархо-синдикализма противостояло крайнее крыло (Ивто, Брутшу и др.), которое тяготело к анархизму и было связано с Густавом Эрве и его сторонниками.

На политическую партию пролетариата синдикалисты смотрели как на объединение людей различных классов, но одинаковых убеждний. Только профсоюзы являются, по оппортунистическим взглядам синдикалистов, подлинной и единственной рабочей организацией. Лагардель усматривал в партии организацию, состоящую преимущественно из интеллигентов и политиканов. Он считал, что партия не может играть подлинно революционной роли, что партия должна быть организацией вспомогательной по отношению к синдикатам и подчиняться руководству синдикатов.

Подобно анархистам, приверженцы различных оттенков синдикализма сходились в общем на том, что партия, представляющая собой людей, связанных общностью взглядов, целей и задач, не является классовой организацией и авангардом рабочего класса. Синдикалисты противопоставляли партии профсоюзы, в основе деятельности которых лежала общность экономических интересов рабочего класса. Но высказываясь против объединения в партию и за профсоюзы, синдикалисты представляли собой, по существу, своеобразное партийное течение, иначе говоря, анархо-синдикалистскую партию, которая вела упорную борьбу против всех остальных политических партий и стремилась своей идеологией отгородить рабочий класс от их влияния, закрепить своё собственное влияние и руководство. Своё представление о синдикатах как объединении авангарда рабочего класса синдикалисты связывали со своими взглядами на роль «сознательного» или «действенного» меньшинства в рабочем движении.

Интересный материал:  Волгоград: Руки прочь от завода «Красный Октябрь»!

Оппортунистическое перерождение вождей французского социализма питало это глубоко недоверчивое отношение синдикализма к политическим партиям.

Подчёркивая своё враждебное отношение к буржуазному государству и парламентаризму, синдикалисты вместе с тем энергично высказывались против милитаризма и войны, вели усиленную антимилитаристскую пропаганду, проповедывали всеобщую забастовку против войны. Но чем реальнее становилась угроза войны, тем быстрее синдикалисты стали скатываться в вопросе борьбы с опасностью милитаризма и войны на рельсы оппортунизма и реформизма, тем больше брали верх настроения умеренной части «революционных синдикалистов», тем больше стирались грани между реформистским крылом и «революционными синдикалистами» и притуплялось острие антимилитаристской пропаганды.

В годы первой мировой войны большинство синдикалистских вождей во главе с Жуо стало на службу правящих кругов Франции. Совершенно противоположную позицию в отношении войны заняли лишь «Индустриальные рабочие мира» (IWW) в США, которые в условиях жестокого террора и репрессий вели в годы первой мировой войны непримиримую и мужественную борьбу против войны и против позиции руководящей верхушки Американской федерации труда.

Шовинистская позиция Жуо и его соратников во Франции вызвала оппозицию внутри Всеобщей конфедерации труда (ВКТ). Вначале немногочисленная, оппозиция в синдикалистском движении Франции, группировавшаяся в союзах металлистов, бондарей, учителей, землекопов и др., развернула впоследствии в лице Комитета синдикальной защиты энергичную деятельность по сплочению интернационалистских элементов рабочего движения. Подвергая ожесточённой критике шовинистическую линию политики лидеров социалистической партии и Всеобщей конфедерации труда и развязывая стачечную борьбу рабочих через голову ВКТ, оппозиционные элементы завоёвывали постепенно всё большее влияние в массах. В процессе активизации масс в лагере самой оппозиции начался процесс расслоения между пацифистскими и реформистскими элементами, с одной стороны, и революционными элементами — с другой. Отсутствие последовательной, боевой и массовой революционной партии пролетариата дало возможность оппортунистическим лидерам социалистической партии Франции и Всеобщей конфедерации труда парализовать успешный разворот боевого рабочего и революционного движения. Великая Октябрьская социалистическая революция вызвала дальнейшее и резкое размежевание в синдикалистском лагере и повела к усилению влияния революцинного крыла. Наиболее революционная часть синдикалистов Франции, США, Англии и др. приветствовала Октябрьскую революцию, энергично боролась против аптисоветской интервенции, разоблачала враждебные нападки анархистов и анархо-синдикалистов на Советскую Россию. С возникновением коммунистической партии в лагере синдикализма в послевоенный период образовалась глубокая трещина. Наиболее революционные пролетарские элементы перешли на позиции коммунизма, и «революционный синдикализм» перестал играть серьёзную роль в рабочем движении.

Синдикалистское движение довоенного периода во Франции, довоенного и военного периодов в CШA и т. д. объединяло в своих рядах революционно настроенных рабочих, видевших в синдикалистских организациях свои боевые революционные организации, резко враждебные реформизму и тред-юнионизму. Ссылаясь на незыблемость Амьенской хартии, анархистские элементы во Франции возглавили развернувшуюся под знаком борьбы за самостоятельность синдикалистского движения яростную кампанию против сближения и сотрудничества с французской компартией.

Унитарная всеобщая конфедерация труда, выросшая в борьбе против реформизма, объединившая в своих рядах наряду с коммунистами и синдикалистами-коммунистами также часть анархистских элементов и «чистых» синдикалистов, выступала под знаком принципов революционного синдикализма. Против сотрудничества с компартией выступали под лозунгом защиты «нейтральности» и «независимости» также германские, итальянские, шведские синдикалисты и анархистские элементы союза «Индустриальные рабочие мира» в США. Итальянские синдикалисты во главе с Борги пытались организовать совместно с германскими и другими синдикалистами новый «антигосударственный» и «федеративный» Интернационал, повели злостную клеветническую кампанию против Советской России. Их примеру последовали анархо-синдикалистские элементы в США, захватившие руководство союзом «Индустриальные рабочие мира» в свои руки и приведшие его затем к распаду.

Значительная брешь в традиционной позиции синдикалистов по вопросу об отношении к государству, к политическим партиям пролетариата и СССР образовалась у испанских анархо-синдикалистов под ударами суровых уроков борьбы в период войны Испанской республики за свою свободу и независимость (1936—1939) против Франко и итало-германской фашистской интервеацин. Ещё 14/V 1936 г. орган Национальной конфедерации труда «Solidaridad ОЬrега» подчёркивал в передовой статье, что «ни одна организация Национальной конфедерации труда не должна заключать сделки с какой-либо политической партией или с буржуазией» (цитируется по кн.: Ярославский Ем., Анархизм в России, 1939, стр. 106). Допускалось лишь соглашение с Всеобщей конфедерацией труда на выдвинутых НКТ условиях разрыва с политическими партиями и с буржуазией и прекращения защиты республиканской Испании. Вставшие вслед затем у руководства Национальной конфедерации труда более последовательные и революционные пролетарские элементы перешли к активной защите Испанской республики, приняли участие в коалиционном республиканском правительстве, высказались за сотрудничество с Всеобщей конфедерацией труда Испании и за единый пролетарский и народный фронт. Заметно изменилось также их отношение к коммунистической партии Испании, к СССР.

Героическая и мужественная борьба испанского народа против интервентов и Франко (1936—39 гг.) провела глубокий водораздел в рабочем и синдикалистском движении Испании. Наиболее революционная часть испанского пролетариата стала отходить от традиционных установок синдикализма и перешла в лагерь коммунизма. Другая часть синдикалистов, упорно, продолжавшая цепляться за анархистские и анархо-синдикалнстские позиции, саботировала героические усилия единого народного фронта и республиканского правительства вывести страну ценой напряжения всех своих сил и средств на путь победы. Некоторые разложившиеся и связавшиеся с поумовцами (испанскими троцкистами) анархистские элементы стали прямой или косвенной агентурой Франко и после предательства Миаха и др. усилили свою подрывную и раскольническую деятельность внутри рабочего движения.

Ещё до второй мировой войны синдикализм потерял свои позиции в странах Центральной и Южной Америки. Руководящую роль в профдвижении этих стран играет Латино-Американская конфедерация труда.

В годы второй мировой войны среди сторонников загнанной во франкистской Испании в подполье Национальной конфедерации труда усилились тенденции к объединению с Всеобщей конфедерацией труда. Как во Франции и Италии, так и в Испании, Голландии и др. странах синдикализм как доктрина, как течение в рабочем движении обнаружил всю свою несостоятельность, потерял свое влияние в годы второй мировой войны; по существу он сошёл на нет. Многие видные итальянские синдикалисты давно перешли на сторону фашизма.

Ещё в 1936 удалось ликвидировать раскол в профсоюзном движении Франции и образовать единую ВКТ.

В период подъёма в рабочем и профессиональном движении Франции, совпавшего с широкой борьбой масс против нависшей над страной опасности фашизма, идейные разногласия отошли ва задний план, и ВКТ удалось в результате осуществления единства в профдвижении объединить в своих рядах около 5 млн. профессионально-организованных рабочих. Однако последовавшие вслед за всеобщей стачкой в 1938 г.  суровые правительственные репрессии, аресты и массовые увольнения и политика реформистских руководителей ВКТ во главе с Жуо, политика, направленная на срыв единства, повели к сильному ослаблению французского профсоюзного движения. К моменту национальной катастрофы Франции в период второй мировой войны ВКТ насчитывала около 800 тыс. членов. 3/XI 1940 г. ВКТ, сильно ослабленная и обессиленная, была декретом правительства Петена распущена. В октябре 1941 г. был издан декрет о «хартии труда», провозгласившей «гармоническое сотрудничество классов». Во главе правительственных профсоюзов встали изменники рабочего класса Франции Ренэ Белэн, Жорж Дюмулен, Фруадеваль, Марсель Руа и др., среди которых много бывших сторонников синдикализма. Теоретик синдикализма Лагардель занял правительственный пост в кабинете Лаваля, но французское профдвижение, загнанное в подполье, продолжало жить и бороться под руководством восстановленной единой ВКТ, ведущей упорную борьбу за сплочение всех сил профсоюзного движения без различия идейных направлений и политической принадлежности во имя защиты жизненных интересов французских рабочих и национального освобождения Франции. Прежние разногласия в рабочем движении, и в частности синдикализм, как наиболее влиятельное течение в профсоюзах, уступили место совместным усилиям и борьбе против гитлеровской Германии и её агентуры во Франции.

Ленин и Сталин вели упорную и непримиримую борьбу как с реформизмом и ревизионизмом справа, так и с «ревизионизмом слева». Попытки Ларина и Аксельрода протащить в период V Съезда РСДРП анархо-синдикалистские установки были подвергнуты Лениным резкой критике. Позиция Троцкого, Бухарина и «рабочей оппозиции» на X Съезде РКП(б) была решительно осуждена Лениным и Сталиным. Тезисы Бухарина, в частности тезис об обязательности выдвинутых в хозяйственные органы профсоюзами кандидатур, были квалифицированы Лениным как полный разрыв с коммунизмом и переход на позиции синдикализма (см. Ленин, Сочинения, том XXVI стр. 145—145). Ещё X Съезд РКП(б) вынес решение о несовместимости мелкобуржуазных анархо-синдикалистских установок «рабочей оппозиции» с пребыванием в рядах партии большевиков.

И. Юзефович

Источник.



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.