Сергей Удальцов: Возможен ли украинский сценарий в России?

Автор: | 28.02.2019
Сергей Удальцов: Возможен ли украинский сценарий в России?

Сергей Удальцов: Возможен ли украинский сценарий в России?

Буквально в эти дни исполнилось уже 5 лет с момента переворота на Украине, когда при поддержке уличного Майдана к власти вместо коррумпированной команды Януковича пришли новые олигархические кланы и ультраправые националисты. О тех драматических событиях сказано и написано немало. Однако я хочу еще раз вернуться к теме, которая сегодня крайне актуальна для российских левых и патриотических сил. Почему в 2014 году левые на Украине проиграли и могут ли повториться подобные события в России?

Поражение левых сил в ходе украинских событий 2013-2014 годов привело к тому, что и спустя пять лет украинское левое движение находится в тяжелом кризисе и действует в полуподпольном состоянии в связи с жесткой антикоммунистической политикой новой киевской власти. Как же случилось это поражение, ведь все девяностые и нулевые годы коммунисты и их союзники занимали на украинской политической арене уверенные позиции (например, в 2012 году Коммунистическая партия Украины (КПУ) на парламентских выборах набрала более 13% голосов)?

Во-первых, КПУ (основная левая организация на Украине) все время тяготела исключительно к парламентской работе, слишком увлекалась закулисными договоренностями с властями, что особенно усилилось при Януковиче. То есть, КПУ была слишком «системной». Поэтому, когда при помощи улицы, настроенной весьма радикально, начался слом этой самой системы, участники Майдана не воспринимали КПУ как реальную оппозицию, а ассоциировали ее с ненавистным режимом Януковича. Поэтому включиться в «майданный» процесс и постараться направить народный протест в более прогрессивное русло, сдерживая напор либералов и националистов, коммунистам не удалось. Также не получилось у них сформировать и «антимайдан» — в основном, по тем же причинам.

Во-вторых, более мелкие левые партии и движения были, как водится, разобщены, у них не было нормальной координации, а поодиночке они не представляли той силы, которая может повлиять на серьезные политические процессы. Поэтому часть из них, понимая свою слабость, от безысходности примкнула к Майдану на второстепенных ролях, убеждая себя в якобы «прогрессивности» происходящих протестов. Остальные левые оказались временно деморализованы, наиболее активная их часть потом оказалась в Донецке и Луганске, но это были действия вдогонку событиям, когда олигархический переворот в Киеве уже произошел.

В-третьих, ни парламентские коммунисты, ни внесистемные «левые» оказались не готовы к жесткому уличному противостоянию, так как не имели необходимого опыта и навыков, не готовились к такому развитию событий. В отличие от прозападной оппозиции, регулярно проводившей соответствующие тренинги.

Анализируя ситуацию пятилетней давности на Украине, мы должны, безусловно, проводить параллели с российской ситуацией. Для начала надо задать главный вопрос – возможен ли аналог киевского майдана в России? Безусловно, возможен. Действующая российская власть явно не нацелена на демократическую передачу полномочий, а стремится к бесконечному удержанию своих позиций. Именно это периодически дают понять в своих выступлениях нынешние кремлевские идеологи – Володин и Сурков. А, как учит нас история, узурпация власти рано или поздно заканчивается народным бунтом. Так что российский майдан вполне реален уже в обозримой перспективе.

А как к нему готовы отечественные левые и патриотические силы? Пока мы можем констатировать наличие тех же проблем, что и на Украине в преддверии Майдана-2014. Парламентские левые партии, при всех позитивных моментах их деятельности, тоже слишком лояльны власти, особенно президенту Путину. Они тоже любят заниматься закулисными договоренностями с Кремлем, тоже слишком встроены в систему. Поэтому в народе многие, к сожалению, ассоциируют парламентских левых с действующей путинской вертикалью, что не прибавляет доверия и авторитета. Конечно, большую роль здесь играет умелая провластная пропаганда, но, как говорится, дыма без огня не бывает.

Несистемные левые, как и на предмайданной Украине, слишком раздроблены. Весь последний год мы предпринимаем большие усилия для консолидации непарламентского лево-патриотического сегмента российской оппозиции, но сектантство и нездоровые амбиции многих лидеров небольших организаций очень сильно мешают этому процессу. Работают и откровенные спойлеры Кремля, которые целенаправленно сеют рознь в наших рядах.

Все это весьма тревожно. Протестные настроения в обществе нарастают. Если левые и патриоты не смогут соответствовать вызовам времени, то инициативу неизбежно перехватят прозападные либеральные силы, где сегодня доминируют лидеры, имеющие ярко выраженные антикоммунистические настроения, к которым с большой долей вероятности быстро присоединятся российские ультранационалисты. И получим мы ситуацию, очень похожую на украинский Майдан, что может иметь катастрофические для страны последствия.

Вывод может быть только один. Времени у нас мало. Но как Советский Союз перед началом Великой Отечественной войны каждый день использовал для подготовки к неизбежному противостоянию, так и мы должны помнить, что наше 22 июня уже не за горами. Повторю еще раз – нам просто необходим единый Координационный штаб левых и патриотических сил. Чем дольше мы затягиваем с его формированием, тем сложнее нам будет потом играть существенную роль в массовых уличных протестах, которые назревают. Уже сегодня мы должны работать одной командой, вырабатывать единый план действий и усиливать жесткость наших требований. Пока этого нет, а значит мы теряем время и проигрываем в борьбе за умы и сердца оппозиционно настроенных граждан. Пора, наконец, понять это тревожную истину.

Вот такие выводы следует сделать на фоне годовщины украинского Майдана. Их опыт у нас перед глазами. Если не научимся на чужих ошибках – значит окажемся на политической обочине и отдадим страну на растерзание

Интересный материал:  Где находится Россия, которую мы потеряли?

Сергей Удальцов

Источник.



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.