Преподаватель о проблемах российского образования. Подушевое финансирование как приговор отечественному образованию

Автор: | 15.03.2019
Преподаватель о проблемах российского образования. Подушевое финансирование как приговор отечественному образованию

Преподаватель о проблемах российского образования. Подушевое финансирование как приговор отечественному образованию

Нынешний режим упорно и последовательно уничтожает все уровни и формы образования в нашей стране. Сложно сказать, делается ли это по точно продуманным и разработанным рецептам каких-то внешних сил или все объясняется банальной глупостью, тотальной коррумпированностью и некомпетентностью федеральных и региональных чиновников и депутатов всех мастей. Скорее, как говорится, истина находится где-то посередине… Как бы то ни было, власть прямо-таки с садистским удовольствием, фактически, каждой своей новацией вколачивает очередной гвоздь в крышку гроба отечественного образования.

В отличие от скрытых первопричин, взятого пару десятков лет губительного курса, реальные дела могильщиков образования хорошо заметны и легко поддаются анализу. Рассмотрим одну из ключевых причин резкого, просто катастрофического снижения уровня компетентности молодых специалистов, выпускаемых вузами, образовательными организациями среднего и начального профессионального образования.

Надо признаться честно самим себе: в подавляющем большинстве современные университеты, академии, колледжи и лицеи не готовят специалистов, способных решать современные актуальные задачи производства, науки, управления и других сфер национальной экономики. Все перечисленные организации готовят только людей, имеющих свидетельство об образовании и только. Понятно, что последние мало отвечают критериям мастеров своего дела. Опережая возражения, сразу оговорюсь. Да и советские вузы, техникумы и ПТУ не являлись идеальными образцами профессионального обучения. Уже много десятков лет, особенно среди производственников, в ходу было напутствие для молодых инженеров: «Забудь то, чему тебя учили в институте и начинай на заводе учиться заново»! Однако фактом остается то, что эти выпускники советских институтов и техникумов создавали уникальные и конкурентоспособные образцы техники, были неплохими управленцами, следователями, журналистами и врачами. Поэтому можно считать неоспоримым фактом и то, что советская система образования со своей главной задачей более или менее справлялась.

Кто-то может также возразить, что, мол, наши школьники и студенты занимают первые и призовые места на различных международных олимпиадах, конкурсах и прочих состязательных мероприятиях. Или, что выпускники вузов и колледжей устраиваются работать по своим специальностям на современные российские заводы, идут работать в клиники, чиновниками, прокурорами… Выходит, и современные вузы и колледжи могут готовить качественные кадры, как сказали бы раньше, для «народного хозяйства».

Давайте разберемся. Сначала – про победителей олимпиад. Бесспорно, занять призовое место на международной предметной олимпиаде престижно и для участника, и для государства. Но уместен вопрос, а отражает ли факт завоевания призового места лучшим из лучших, того, что вся система работает так же эффективно и с «рядовыми» учениками? Конечно, нет! Мы же не будем утверждать, что если, например, в каком-то цирке обучили одаренного медведя ездить по арене на мотоцикле, то все медведи у нас в стране такие же ловкие мотоциклисты. Подготовить и натаскать для участия и победы в конкурсе одаренных индивидуумов может любая страна, даже есть в ней напрочь отсутствует система образования.

Что касается второго аспекта, а именно востребованности современных выпускников производством, школами, больницами. Согласитесь, вовсе не факт, что если предприятие, например, берет молодого специалиста на работу, то он отвечает предъявляемым ему требованиям. Просто зачастую деваться некуда: пожилые подлинные мастера своего дела уходят, а работу-то делать вместо них кто-то должен. «На безрыбье и рак рыба», — в народе говорят. Да и сам уровень «современного» отечественного производства, школ, поликлиник, список можно продолжать, также неуклонно снижается. Даром что ли на заводах по созданию космических аппаратов внештатные отверстия скотчем заклеивают? То, что выпускники вузов и колледжей все скопом не идут прямиком на биржу труда, вовсе не говорит об их готовности и желании выполнять свои профессиональные обязанности. Неоспоримым же фактом является то, что современный «потребитель образовательных услуг» вызывает у большинства населения, которое сталкивается с его профессиональной деятельностью, в лучшем случае, чувство большой настороженности (стоит ли иметь с ним дело?), а часто реального опасения за свое, минимум, настроение – максимум – имущество или здоровье.

Одной из основных причин ужасающего уровня подготовки современных кадров являются все те же путинские майские указы 2012 года. Читаем Указ Президента Российской Федерации от 7 мая 2012 г. № 599 «О мерах по реализации государственной политики в области образования и науки»: » …осуществление к июню 2013 г. перехода к нормативно-подушевому финансированию образовательных программ высшего профессионального образования». Вот он гвоздь в крышке гроба отечественного образования, вбитый самолично Путиным!

Непосвященный вполне может задаться вопросом: «В чем подвох-то, другую схему финансирования внедрили, и что?» А то, что такая схема финансирования принципиально исключает любую возможность качественной подготовки специалистов. Представьте, уважаемый читатель, такую ситуацию. Предположим, вы столяр и готовите дощечки для паркетного пола. Естественно, ваша задача изготовить дощечки максимально качественно, чтобы заказчик был доволен. Естественно, что вы будете отбирать в качестве заготовок лучшие пиломатериалы. В ходе работы образуется или выявляется брак. Такие изделия также в отходы, не правда ли? Перед сдачей партии еще раз проверите, нет ли брака, подозрительные отложите и замените. Казалось бы, это азы системы обеспечения качества, известные уже ребенку!

Теперь рассмотрим другую ситуацию. Вам, как столяру, во-первых, установили жесткий лимит на материалы, древесины в «обрез» или вообще она в дефиците, во-вторых, у вас строжайший запрет на удаление из партии каких-бы то ни было дощечек, даже самых бракованных. Партию вы может и изготовите, а вот какого она будет качества? Вопрос, конечно, риторический.

Аналогичная ситуация постепенно формировалась с 2000-х и окончательно была зафиксирована путинскими указами в системе высшего и среднего профессионального (да и среднего) образования.

После перехода на подушевое фиксирование вузам, колледжам и техникумам стало экономически невыгодно избавляться от неуспевающих студентов и учеников. Установлено государственное задание на подготовку, например, тысячи специалистов. Исходя из этого числа, и выделяется вузу определенная сумма. Стало обучающихся через год меньше на 100 человек, кто-то сам ушел, кого-то отчислили за неуспеваемость, получили финансирование на следующий год на 10% меньше (да еще министерство с нового учебного года норматив набора еще урежет!). А что это значит? Это значит, что вуз включает режим строжайшей экономии, прежде всего, на процессе обучения: не покупает препараты, реактивы, оборудование для учебного процесса, не закупает новых учебников, откладывает ремонт помещений. Не удастся справиться с ситуацией такими методами, начинаются сокращения сотрудников: кого вообще уволят (вынудят подать заявление «по собственному»), другим предложат, опять же, «добровольно», согласиться работать на долю ставки, т.е. неполный рабочий день. Еще убудет студентов из-за отчислений – готовьтесь к дальнейшему сокращению учебно-вспомогательный персонал (УВП) и профессорско-преподавательский состав (ППС). Кстати, административно-управленческий персонал (проректора, многочисленные помощники ректора, различные заведующие отделами, рядовые вузовские чиновники), обычно наоборот, продолжает неуклонно «пухнуть».

Интересный материал:  Сергей Обухов - «Свободной прессе»: Почему в России Сталина чтят больше, чем Путина?

Поэтому в любом вузе, колледже или техникуме существует строгий запрет на отчисление студентов. Причины для отчисления – только личная инициатива студента или какой-нибудь форс-мажор типа уголовного дела или смерти. Если студент-прогульщик или явный двоечник инициативы не проявит, его даже с длинными-длинными «хвостами» обычно переводят на следующий курс, потом – на следующий, так и тянут до диплома. А потом он купит себе выпускную квалификационную работу, или за него ее, фактически, его руководитель сделает.

Любые попытки избавиться не только от откровенно слабых, не «тянущих» студентов, но и таких вот «мертвых душ» (кстати, практически узаконенный в системе высшего и среднего профессионального образования термин) обычно жестко пресекаются представителями администрации образовательных учреждений. Аргумент простой. «Хотите быть принципиальными – пожалуйста – ставьте «неуды» и «неявки» неуспевающим студентам. Нам (администрации) придется отчислять, но с нового учебного года готовьтесь сами к сокращению». Впрочем, подобные увещевания встречаются все реже. Любой руководитель вуза или техникума (колледжа) лично отвечает за выполнение гос. задания по выпуску, с позволения сказать, специалистов. Поэтому нередко преподаватель получает прямой приказ ставить «тройки», а то и более высокие оценки откровенным бездельникам и инфантильным дебилам. Нередко заведующие кафедрами, деканы, директора институтов и т.п. идут на откровенный подлог – сами ставят и исправляют в ведомостях оценки: они-то непосредственно подчиненные ректора и члены его команды.

Как думаете, студенты знают о запрете на отчисление? Конечно, они осведомлены не хуже преподавателей, да они и сами все прекрасно видят на примере своих «расторопных» однокашников, которые месяцами прогуливают занятия, полноценно работают где-то на стороне и при этом числятся годами студентами. В студенческой среде также пропадает мотивация к учебе, которая еще сильнее падает из-за беспросветно нищенских зарплат на рынке труда, а то и безработицы.

Получается классический замкнутый круг. Отчислять «некондиционные заготовки» нельзя. Мотивация работать и учить качественно у преподавателей с каждым годом уменьшается. В самом деле, как не учи, а результат никого не интересует, кроме сохранения контингента обучающихся. Нынче хороший преподаватель – это только тот, который «бережет контингент». Принципиальный же борец за качество знаний становится, фактически, личным врагом ректора, да и всего коллектива, ведь из-за таких «чистоплюев» потом сокращают штаты. В свою очередь, и студенты довольны. Учиться стало действительно легко и весело, вуз или колледж ныне этакий клуб, где можно с интересом провести время. Довольна и администрация вуза. План (гос. задание) выполняется, есть о чем отчитаться перед своим департаментом образования или министерством. А качество выпускаемых специалистов… А кому оно нужно, это качество? Главное, что процесс имитации подготовки специалистов правдоподобно выглядит, великовозрастные балбесы под присмотром от греха подальше, а реальные результаты нынешний режим разве интересуют! Представители власть имущих все поголовно, своим чадам дают качественное образование только за рубежом, туда же все они, отработав в России свою «вахту», и свалить планируют. Так, что зачем им ЗДЕСЬ грамотные кадры?

По поводу качества подготовки наших специалистов и образования приведу лишь пару примеров. Помню в 2000-х, когда наш вуз проходил аккредитацию (я тогда работал заведующим кафедрой). Министерство образования в те годы при аккредитации ввело систему проверки остаточных знаний студентов. Пожалуй, за многие годы, единственное логичное и правильное начинание. Отдельные группы студентов тестировались с помощью сети Интернет по различным, изученным сравнительно недавно, дисциплинам. Это был кошмар для преподавателей, кафедр и вуза. Доходило до анекдотических ситуаций, когда преподаватели тайно, через замочную скважину, подсказывали «своим» группам, чтобы те хоть как-то сдали тестирование. Министерство образования быстро сообразило, что с таким подходом придется закрывать все вузы поголовно, возможно, включая и МГУ (результаты тестирования были преимущественно провальными), поэтому постепенно свернул это направление в аккредитации, сосредоточившись на исключительно бюрократической бумажной проверке.

Другой пример запомнился из общения с одним представителем крупного заочного подмосковного вуза. Он занимался набором студентов в пограничных с Белоруссией и Украиной областях. Этот представитель как-то в разговоре сказал, что многие белорусские абитуриенты хотят и стараются попасть учиться заочно в этот подмосковный вуз. На мой удивленный вопрос «почему» (я-то был прекрасно осведомлен об уровне подготовке студентов этого университета) он ответил: «В Белорусских вузах учиться надо, а у нас «халява». Не берусь судить об уровне образования в братской Белоруссии, но его объяснение недоверия и сомнений не вызвали.

Итак. Подушевое финансирование есть прямой и очень эффективный путь для скорейшей полной и необратимой деградации образования. Кстати, во многом все сказанное относится и к общему и средниму образованию, с учетом некоторой специфики.

Напрашивается вопрос. Если такой подход неверен, даже преступен, какой должен быть? Ответ на такой вопрос – тема для отдельного разговора, но в качестве краткого ответа можно ограничиться, пожалуй, таким тезисом. Расчет объемов финансирования системы высшего и среднего специального образования должен основываться не на численности контингента обучающихся, а на количестве реализуемых образовательных программ. Это означает, что каждая образовательная программа (специальность) должна обеспечиваться научно, технологически и экономически обоснованными ресурсами: например, штатом ППС и УВП, материально-техническим и финансовым обеспечением, научно-производственной поддержкой независимо от количества обучающихсяна этой специальности студентов (максимальные значения определяются заказчиком, государством). Такой подход естественно не является каким-то открытием, в основе Советской системы образования был заложен именно он. Однако полное копирование прошлого опыта без учета современных реалий было бы также грубой ошибкой.

В заключение хотелось бы отметить, что в рамках краткого рассмотрения одной проблемы, в нашем случае принципа финансирования образования, невозможно одновременно детально проанализировать и смежные вопросы, например, такие, как оптимальные объемы финансирования, состояние и перспективы преподавательского корпуса, материально-техническое и методическое обеспечение образовательного процесса. Они предмет отдельного разговора и анализа, как и пункты тезисов программы возрождения отечественной науки и образования.

Хочется верить, что время, данное нам на оценку и осмысление текущей ситуации, истекает, не за горами этап реальных дел по восстановлению системы народного образования.

Преподаватель
Илья Вахромеев

Источник.



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.