Правда и ложь о Великом Октябре

Автор: | 05.11.2019
Правда и ложь о Великом Октябре

Правда и ложь о Великом Октябре

О некоторых буржуазных мифах о Великой Октябрьской социалистической революции.

История Великой Октябрьской социалистической революции принадлежит к числу таких тем, которые всегда привлекали и не могли не привлекать наибольшее внимание буржуазной пропаганды. Цель этого вполне ясна — на фоне все более обостряющихся противоречий империализма, закономерно вызывающих колоссальный рост революционной активности пролетарских и трудящихся масс, стремящихся освободиться от эксплуатации и вырваться из-под невыносимого гнета капитала, классу буржуазии, чтобы сохранить свое политическое и экономическое господство в обществе, нужно во что бы то ни стало отвратить его от пути, указанного Великим Октябрем – от пролетарской революции, давшей народу свободу, сытую и счастливую жизнь. А для этого нужно очернить Великий Октябрь, оплевать социалистическую революцию, показать ее и ее достижения в самом дурном свете, переврать то, что было на деле, или вовсе выдумать, если это необходимо для нужной «аргументации», чтобы напугать трудовой народ революцией, чтобы у рабочих и трудящихся и мысли не возникало, что эту революцию можно и нужно повторить и иного пути к свободе у них просто нет.

Особенно активно «разрабатывают» проблему истории Великого Октября американские историки-советологи. Их работы в подавляющем большинстве написаны с откровенно антисоветских, антикоммунистических позиций и отражают узкую классовую точку зрения фашиствующей мировой буржуазии, во главе которой идет американский капитал. Подготовлены они были еще в период «холодной войны», когда мировой империализм, напуганный грандиозными победами СССР в Великой Отечественной войне, стремительным восстановлением советским народом разрушенного войной народного хозяйства СССР и неудержимым движением советского общества к коммунизму, объявил войну не на жизнь, а на смерть советскому социализму, сделав основной упор на идеологическую борьбу –  как на последнее средство, которое может позволить умирающему капиталистическому строю продлить свое существование. Эти же «труды» западных (прежде всего американских, конечно) советологов были основной ударной силой контрреволюции в Перестройку. Да и по сей день они являются фундаментом всей лживой буржуазной пропаганды по данной теме у нас, в капиталистической России, где также активно используется еще и эмигрантская (белогвардейская) мемуарная литература 20-30-х гг., очень одиозно и субъективно повествующая о событиях Великого Октября.

В чем состоят основные положения буржуазной пропаганды в отношении Великого Октябрьской социалистической революции?

Во-первых, напрочь отрицается объективная закономерность Великого Октября, да и всех русских революций 1917 года.

Во-вторых, утверждается, что под властью царизма Россия в конце XIX — начале XX века якобы была преуспевающей экономической страной, она быстро развивалась, прогрессировала и только неудачи в первой мировой войне и «зловредные большевики», своей пропагандой сорвали этот процесс, и привели страну к Февральской революции, а затем – к Октябрю.

В-третьих, заявляется, что пришедшее на смену самодержавию Временное правительство не сумело консолидировать русское общество, чем воспользовалась небольшая «экстремистская группа» — большевики, которые в результате насильственного переворота и благоприятного стечения обстоятельств свергли «демократическое» Временное правительство и установили свою «диктатуру» — диктатуру большевистской партии.

Вот такую «историю» Великого Октября (с незначительными вариациями типа давно поеденных молью «немецких денег») нам сегодня излагают по телевизору, преподают в школах и вузах. Причем выдают это за «последнее слово» исторической науки. Мол, открытые архивы, которые «злобная советская партократия» тщательно прятала, позволила, наконец, установить истину, и она такова.

Но эта «история Октября» ничем не отличается, например, от толкования истории Великой Октябрьской социалистической революции американским историком Р. Дэниэлсом в его книге «Красный Октябрь», изданной в Нью-Йорке в 1968 году. И тем более ничем не отличается от «выводов» белоэмигрантских историков и мемуаристов 20-30-х гг. прошлого века. (Хороша «современность», не правда ли? Вытащили на свет божий столетний хлам, тысячекрат разоблаченный множеством фактов и документов, и радуются, думая, что своей ложью всех обвели вокруг пальца.) Социально-экономические факторы русских революций и движения народных масс почти полностью игнорируются. Почему, вполне понятно — компрометируя Октябрь, партию большевиков, утверждая «случайный» характер Октябрьской революции, эта «когнцепция» помогала и помогает «ученым лакеям буржуазии» осуществлять свою главную идеологическую задачу: принижать роль и значение Октября в судьбах России и всего человечества.

Как видим, данная «концепция» жива и по сей день. И сегодня книжный рынок всех капиталистических стран, в том числе и нашей России, наводняют книги и журналы, идут по ТВ и радио передачи, в которых «доказывается», что большевики и Советская власть не имели сколько-нибудь глубоких корней в российском обществе того времени и смогли силой захватить власть в обстановке «пассивности масс».

Полная научная несостоятельность этой «концепции», ее откровенная политическая заданность с течением времени очевидны. Возникает естественный вопрос: если большевики пришли к власти в результате «непредсказуемой игры» политических сил в 1917 году, то каким образом они могли удерживать эту власть в течение десятилетий и, более того, как страна под их руководством добилась таких огромных достижений во всех областях человеческой деятельности? Почему по пути Октября пошли другие народы (некоторые страны Восточной Европы и Азии)? Почему сфера империализма неуклонно сужалась, а сфера социализма неуклонно возрастала (до Перестройки, силами внуренней контрреволюции уничтожившей советский социализм и СССР)?

Неэффективность «случайностной» схемы Октября, ее нелогичность привела к тому, что часть буржуазных идеологов начала перевооружаться и искать новые, более тонкие формы обмана трудящихся масс. «Лобовой», примитивный антикоммунизм уже не работал, не выдерживал идеологического противостояния с марксистско-ленинской трактовкой событий Великого Октября, и на рубеже 60—70-х годов начались разработки более «гибких», «сбалансированных» концепций. Эти более «гибкие» концепции попытались учесть социально-экономические факторы истории России начала XX века, массовые движения, в том числе рабочее движение, уже не игнорировали рабочий класс, шедшей в авангарде революции. В работах советологов появились даже ссылки на труды В. И. Ленина и материалы партии большевиков.

Внешнее такие работы «более продвинутых» советологов стали выглядеть гораздо более «объективно», чем и привлекали к себе определенную, критически настроенную часть  трудящегося населения. В них под сомнение было поставлено положение о том, что только тяготы первой мировой войны и «самоубийственная» политика Романовых (распутинщина) привели к крушению царизма. Американский историк Л. Хэймсон в нескольких статьях показал глубокие социально-экономические противоречия, раздиравшие русское общество в канун Февральской буржуазно-демократической революции. Сама Февральская революция уже не изображалась «тотально» стихийной: определенное место в ней отводилось большевистской партии (работы американского историка Ц. Хасегавы, французского историка М. Ферро и др.). Самое же главное — ряд авторов — сторонников так называемого «нового подхода» отбросили избитое пропагандистское клише об Октябре как о случайном перевороте небольшой группы большевиков, силой навязавшей свою власть. Например, в монографиях американского историка А. Рабиновича «Большевики приходят к власти» и английского историка Дж. Кипа «Русская революция; изучение мобилизации масс» (обе изданы в 1976 году) Октябрь показывается как массовое движение, проходившее под руководством большевистской партии. Правда, между названными авторами имеется довольно существенная разница. Дж. Кип все-таки полностью не порывает со старыми представлениями: он утверждает, что большевики использовали революционное движение в своих целях. А. Рабинович идет дальше. На конкретных фактах он раскрывает соответствие требований народных масс и их авангарда — рабочего класса лозунгам и целям большевистской партии. Точку зрения А. Рабиновича в той или иной мере разделяют и некоторые другие авторы, опубликовавшие работы по отдельным проблемам истории Октября (А. Мэндел, Р. Суни, С. Смит, Д. Коэнкер и другие). Хотя, конечно, даже такие работы западных историков еще очень далеки от пролетарской точки зрения на Великий Октябрь, которая только и отражает истинную сущность происходивших в то время исторических событий.

Но самое главное, что не сторонники «нового подхода» все-таки определяют позицию буржуазных ученых-историков на Октябрь. Их, во-первых, очень мало, ничтожное меньшинство, в основном те, кто работают на так называемом академическом уровне. Массовая же литература по истории СССР вообще и истории Октября в частности пропагандирует старые антикоммунистические схемы, в соответствии с которыми Октябрь был не что иное, как «верхушечный переворот» (работы Л. Шапиро, Р. Пайпса и других западных и российских историков).

Во-вторых, и это, пожалуй, главное, выводы сторонников «нового подхода» отнюдь не распространяются на послеоктябрьский период. Все, что происходило после Октября 1917 г. в России, продолжает очерняться по-прежнему. Если раньше искажался сам Октябрь, то потом стали пытаться доказать, что демократический, народный характер революции был утрачен вскоре после нее, что под влиянием различных факторов революция «переродилась», породив «тоталитарный сталинский режим». (Это уже явное влияние удобных для буржуазии троцкистских идеек!) Иными словами, прямое порождение Великого Октября — советский социализм стремятся оторвать от его октябрьских корней. Если раньше «концепция» Октября представлялась «путчем меньшинства» и была заимствована буржуазными идеологвми из трудов контрреволюционеров-белоэмигрантом, то «концепция перерождения» явно восприняла идеи  «сменовеховства» и контрреволюционной оппозиции внутри СССР – зинокьевцев, правых и особенно троцкистов.

Стоит также отметить одну характерную черту буржуазной пропаганды и представителей буржуазноц исторической науки – они всегда очень много говорят о своей «аполитичности», о своей приверженности к «чистой науке», о своей «объективности» и т. п. На самом же деле их идеи и предлагаемые «концепции» насквозь политизированы, как насквозь политизирована вся историческая наука. В борьбе с марксизмом-ленинизмом, с советской сталинской сторической наукой она выдвигает на первый план те концепции и положения, которые в данный момент ей представляются наиболее эффективными. Так, в период «холодной войны» превалировала концепция Октября как «верхушечного», «насильственного переворота». В период «застоя» получила распространение концепция, признающая демократический характер Октябрьской революции. В Перестройку и после нее муссировались версии о «перерождении» Октября, о бесплодности революции вообще. (Вспомните гр. Зюганова, который хотя и не историк, но политический деятель, и не из последних. В июле 1992 года, выступая на Конституционном суде, он заявил, что «Россия исчерпала лимит на революции». Дословно: «Гражданка унесла 15 миллионов жизней… Россия исчерпала свой лимит на революции и гражданские войны. У нее остаются два способа разрешения споров и противоречий — диалог и закон. Мы готовы вести честно, с достоинством и в любом месте этот диалог.»)

А сейчас все концепции свалены в кучу – против революционизирующегося на глазах рабочего класса и трудящихся масс, уставших от тягот капитализма, используется все, что изобрела в борьбе против своего непримиримого классового врага буржуазная мысль за всю историю капитализма. Все идет в ход, в самых разнообразных сочетаниях, часто абсолютно нелогичных и противоречивых, лишь бы только отсрочить неизбежную кончину загнивающего общественного строя.

В настоящей статье мы покажем несостоятельность некоторых наиболее популярных буржуазных мифов о Великом Октябре.

  1.   Миф о «случайности» Великой Октябрьской социалистической революции.

Семь десятилетий существовало на нашей планете социалистическое общество, рожденное Великим Октябрем. Однако до сих пор вопрос об исторической обусловленности Октябрьской революции, ее объективных предпосылках остается в центре острой идейной борьбы. Идеологи буржуазии никак не хотят признать закономерность пролетарской революции, ибо это означало бы признание исторической обреченности капиталистической системы.

Многие буржуазные историки по-прежнему приписывают успех Октябрьской революции стечению чисто «случайных», специфических для России обстоятельств. «Россия не была подготовлена материально к социалистической революции»,— заявляют буржуазные  идеологи и реформисты. Ревизионисты продолжают муссировать давно разоблаченную В. И. Лениным «идею» Каутского о том, что революция в России «победила не по Марксу».

В действительности Октябрьская революция явилась убедительным подтверждением правильности марксизма-ленинзма, его истинно научного характера.

Как известно, основоположники научного коммунизма К. Маркс и Ф. Энгельс, открывшие законы общественного развития, показали, что вся история капитализма — это история обострения и  углубления его основного противоречия: противоречия между общественным характером производства и частнокапиталистической формой присвоения. Дав в свое время мощный толчок развитию производительных сил, капитализм превратился затем в преграду на пути общественного прогресса. История капитализма — это история усиления эксплуатации рабочего класса и всех трудящихся, обострения борьбы между трудом и капиталом, угнетенными и угнетателями, это история экономических кризисов и социально-политических потрясений, захватнических войн и других конфликтов, приносящих неисчислимые бедствия людям труда.

На рубеже XIX и XX столетий мировой капитализм вступил в свою последнюю, империалистическую стадию. Открыв закон неравномерности экономического и политического развития капиталистических стран в эпоху империализма, В. И. Ленин пришел к выводу о невозможности одновременной победы пролетарской революции во всех развитых странах в силу неравномерного созревания условий для нее. Из этого вытекал и другой вывод — о возможности и неизбежности победы социалистической революции в нескольких или даже в одной, отдельно взятой капиталистической стране. Это было новое слово в марксизме, действительное развитие этой науки в новых обстоятельствах – в условиях эпохи империализма

Какая же страна первой осуществит социалистическую революцию? В. И. Ленин научно доказал, что это будет страна, которая окажется наиболее слабым звеном в империалистической системе.

В начале XX века таким наиболее слабым звеном в цепи мирового империализма оказалась царская Россия. Ей были присущи все типичные социально-экономические и политические противоречия тогдашнего мира. Причем, во-первых, в силу ряда объективных условий они приобрели в России особую остроту. Во-вторых, в лице российского пролетариата и его союзника — беднейшего крестьянства имелась общественная сила, которая могла разрешить эти противоречия революционным путем. Наконец, в-третьих, у пролетариата был испытанный авангард — боевая марксистская партия нового типа, способная повести его и всех трудящихся к победе над эксплуататорами.

Отрицая наличие объективных предпосылок социалистической революции в России, многие буржуазные историки изображают ее слабо развитой патриархально-крестьянской страной, подготовленной лишь к буржуазной эволюции.

В действительности, как показывает научный анализ, Россия начала XX века являлась страной со средним уровнем развития капитализма, достигшего высшей, империалистической стадии (это характеристика В. И. Ленина).

Хотя Россия значительно отставала от передовых капиталистических стран по экономическому развитию, но материальные предпосылки для победы социалистической революции были в ней налицо. Страна занимала пятое место в мире по общему объему промышленного производства, второе — по добыче нефти, третье — по выработке хлопчатобумажных тканей, четвертое — по объему машиностроительной продукции, производству кокса, сахарного песка, пятое — по выплавке чугуна и стали, добыче железной руды, выработке цемента. Промышленность давала более 40 % национального дохода страны. Россия занимала второе место в мире по общей длине железнодорожной сети.

По степени концентрации производства и уровню монополизации капитала Россия даже превзошла некоторые развитые страны. Более 2/3 от общего числа рабочего класса было сосредоточено в крупном производстве. На предприятиях с числом рабочих свыше 500 человек в 1913 году было занято 54 % рабочих, а в 1917 году уже более 72 %. На одно крупнейшее предприятие в России приходилось в среднем 1400 рабочих, а в таких развитых странах, как США и Германия, соответственно только 1100 и 900 рабочих.

Все большую силу набирал и монополистический капитал: 200 монополистических объединений в начале XX века сосредоточили в своих руках выпуск более 80 видов промышленной продукции. Усиливалась роль банков (прежде всего иностранных или их «дочек»), образовывался финансовый капитал, рос государственно-монополистический капитализм, который В. И. Ленин рассматривал как полную материальную подготовку для перехода к социализму.

Все эти процессы, с одной стороны, обостряли противоречие между общественным характером производства и частной формой присвоения, ослабляя капитализм, приближая его гибель, с другой — облегчали переход средств производства в руки трудящихся и организацию социалистической экономики.

В годы первой мировой войны процесс концентрации промышленности усилился, возрос государственный сектор в народном хозяйстве.

«Объективное положение дел показало, что война ускорила развитие капитализма, и оно шло вперед от капитализма к империализму, от монополии к огосударствлению. Это все придвинуло социалистическую революцию и создало объективные условия для нее» (В. И. Ленин, ПСС, 5-е изд., т. 31, с. 355).

Достигнув высокого уровня развития монополистического капитализма, Россия оставалась при этом преимущественно аграрной страной (60% национального дохода). Капитализм в сельском хозяйстве развивался, уживаясь с самыми отсталыми полуфеодальными порядками. В 1905 году 30 тысяч наиболее крупных помещиков владели 70 миллионами десятин земли, а 10,5 миллиона крестьянских дворов принадлежало всего 75 миллионов десятин. 65 % крестьян были бедняками. Остатки крепостничества сильно тормозили развитие производительных сил в деревне и городе и делали особенно тяжелым положение трудящихся. В деревне с огромной силой нарастали аграрные противоречия, выражением которых являлась растущая борьба крестьянства за землю, против помещиков, против устаревшей формы производственных отношений (остатков феодальной собственности). Одновременно усиливалась и борьба деревенской бедноты против сельской буржуазии — кулачества. Наличие этих двух социальных войн способствовало перерастанию незавершенной буржуазно-демократической революции в России в социалистическую.

Интересный материал:  Наиболее общие проблемы коммунистических и левых движений. Часть вторая. Марксизм

Таким образом, необходимые объективные условия для социалистической революции в России сформировались. В то же время складывались субъективные условия, связанные с готовностью и способностью народных масс осуществить такую революцию. Жестокая эксплуатация рабочих, малоземелье и нищета крестьян, угнетенное положение национальных меньшинств, феодально-крепостнические пережитки делали невыносимым положение трудового народа. Классовые и национальные противоречия приобрели в России особую остроту. В начале XX века она стала узловым пунктом всех противоречий империализма. Именно сюда переместился центр мирового революционного движения.

Назревание революционного кризиса ускорила империалистическая война, усугубив и без того тяжелое положение народа. Невероятная нужда царила в деревне. К 1917 году было 30 %  безлошадных, 34 % без орудий труда, 15 % беспосевных крестьянских дворов. Налоги отнимали у крестьян большую часть урожая. Около 3\4 народного дохода страны присваивали разного рода паразиты и эксплуататоры — помещики, капиталисты, кулаки. Разруха и голод в стране, военные поражения обостряли кризис общественного и государственного строя, ставили Россию перед катастрофой.

Возмущение трудящихся масс кровавой войной все больше обращалось в сторону породившего его строя. Большевики разъясняли массам, что только социалистическая революция может предотвратить гибель миллионов людей, экономическую катастрофу, закабаление страны иностранным капиталом, покончить с захватническими войнами.

«Не будь войны, Россия могла бы прожить годы и даже десятилетия без революции против капиталистов. При войне это объективно невозможно: либо гибель, либо революция против капиталистов. Так стоит вопрос. Так он поставлен жизнью» (В. И. Ленин, ПСС, т. 32, с. 31).

Понять, почему социалистическая революция впервые победила в России, невозможно без анализа положения российского пролетариата.

Некоторые буржуазные историки утверждают, будто революция в России осуществлена вопреки марксизму, так как рабочий класс, насчитывавший, по их данным, всего 2-2,5 миллиона человек, не мог увлечь за собой огромную страну со 150-миллионным населением. Отсюда они делают  вывод о «случайности» победы революции в России.

Но, во-первых, буржуазные авторы явно занижают численность российского пролетариата, во-вторых, пролетариат представляет огромную революционную силу не только благодаря своей численности. В. И. Ленин отмечал,

«что его сила в историческом движении неизмеримо более, чем его доля в общей массе населения» (ПСС, т. 3, с. 13).

Какова же была действительная численность российского пролетариата?

Индустриальные рабочие, по данным исследователей, насчитывали около 3,5 миллиона человек, а вместе с рабочими железнодорожного и водного транспорта составляли 9,5 миллиона.

Общая же численность лиц наемного труда накануне первой мировой войны была не менее 18 миллионов человек.

И самое главное — рабочий класс России отличался самой высокой в мире революционностью и организованностью. Он прошел большую школу революционной борьбы, создал Советы и другие классовые организации, с успехом применял такое могучее средство, как массовые революционные стачки.

В борьбе против буржуазии и помещиков рабочий класс России имел верного союзника — деревенскую бедноту. А так как социалистической революции предстояло прежде всего ликвидировать помещичье землевладение и удовлетворить вековые чаяния крестьянства о земле, то это благоприятствовало бы привлечению на сторону пролетариата многомиллионных масс всего трудового крестьянства.

Рабочий класс выступал под руководством закаленной в политических сражениях, владеющей передовой революционной теорией большевистской партии, какой не имели пролетарии других стран.

Наличие партии нового типа, созданной и руководимой В. И. Лениным и его соратниками, превращало рабочий класс России в величайшую революционную силу.

Накануне Октября и после его победы В. И. Ленин неоднократно опровергал догматические утверждения идеологов меньшевизма о незрелости России для социализма, о хозяйственной разрухе и отсталости как непреодолимой преграде к нему. Только разрыв с капитализмом, доказывал Ленин, социалистическое обновление страны высвободят могучие народные силы и дадут возможность в кратчайшие сроки покончить с разрухой и преодолеть экономическую и культурную отсталость страны.

«Перед российским пролетариатом встала труднейшая и ответственнейшая задача — первым разорвать цепь мирового господства буржуазии». («Программа РСДРП(б)»)

Но особенность социалистической революции в России была в том, что ее путь к победе мог быть расчищен только свержением царизма, ликвидацией этой главной реакционной силы, тормозившей прогрессивное развитие страны. И прежде чем в России победила революция социалистическая, страна прошла через две буржуазно-демократические революции: революцию 1905-1907 гг. и Февральскую революцию 1917 года. Все три революции были теснейшим образом связаны между собой, составляли одну историческую полосу революционного преобразования России, которую завершил Великий Октябрь.

  1.   Миф о «немецких деньгах». Как Ленин возвращался в Россию.

Возвращение на родину из эмиграции вождя партии большевиков В. И. Ленина явилось одним из переломных моментов развития революционных событий в России в 1917 году .

Владимир Ильич вынужден был покинуть пределы Российского государства в декабре 1907 года, когда после поражения революции 1905—1907 гг. в стране поднялась волна жесточайшего полицейского террора против участников революционной борьбы. Более девяти лет он руководил большевистской партией из-за рубежа. И лишь свержение царизма в результате победы Февральской революции открыло ему дорогу на родину.

В. И. Ленин узнал о победе рабочих и солдат Петрограда 2 марта 1917 года, находясь в Цюрихе. И с этого дня развернул деятельную подготовку к возвращению в Россию. Первоначально предполагалось воспользоваться путем, связывавшим нейтральную Швейцарию с Россией через Англию и Скандинавию. Но очень скоро стало ясно, что империалистическое английское правительство не пропустит через территорию своей страны интернационалистов, выступавших за немедленное прекращение мировой войны. Да и буржуазное Временное правительство, используя дипломатические каналы и свою зарубежную агентуру, всячески воздействовало на союзников, чтобы они задерживали интернационалистов, пытавшихся вернуться в Россию. По тем же причинам оказались закрытыми для большевиков пути возвращения на родину через другие союзные с Россией страны. Оставался один выход: проехать по территории Германии (которая тогда вела войну с Россией и другими странами Антанты) в нейтральную Швецию, граничившую с бывшей Российской империей.

Германскому империалистическому правительству предлагался компромисс: оно обеспечивает безопасность следования российских интернационалистов по территории Германии, а они берут на себя обязательство поставить перед Петроградским Советом вопрос об отправке в Германию и Австро-Венгрию равного числа интернированных в России германских граждан.

Как известно, российская, а затем и международная контрреволюция представила факт проезда В. И. Ленина и других большевиков — противников войны через территорию враждебной страны в качестве свидетельства того, что их возвращение в Россию было на руку германскому империализму, что договариваются до того, что революция в России якобы была совершена на «немецкие деньги». При этом, однако, всячески затушевывалось и игнорировалось то обстоятельство, что В. И. Ленин осуждал германский империализм так же, как империализм российский. Лозунг поражения своего правительства в империалистической войне, выдвинутый большевиками, был обращен к трудящимся всех воюющих стран, а не только России, что было опасно той же Германии, правительство которой вовре не радовало братание немецких солдат с российскими. Это во-первых. А во-вторых, социалистическая революция в России была столь же невыгодна императорской власти Германии, поскольку она могла «перекинуться» в саму Германию, где рабочий класс был достаточно серьезно организован и имел немалый политический опыт классовой борьбы. Весомость последнего аргумента подтверждает неоспоримый факт иностранной интервенции 15 стран мира против молодой страны Советов, развернувшейся в 1918 г., в которой еще воюющие между собой страны Антанты и центральные державы прекрасно объединились для уничтожения первого в мире государства рабочих и крестьян.

План возвращения на родину разрабатывался В. И. Лениным с учетом того, что народные массы России на собственном опыте убеждались в правоте большевиков, чьи интернациональные задачи не только не противоречили национальным, но и являлись наиболее полным выражением подлинного патриотизма, свободного от национального эгоизма. В. И. Ленин был убежден, что трудящиеся не поверят в клеветнические выдумки буржуазии о мнимом пособничестве большевиков германскому империализму.

Но, предвидя возможные домыслы, В. И. Ленин предложил составить перед отъездом из Швейцарии протокол, в котором излагались условия, оговоренные с немецкой стороной, и подробно объяснялись причины, сделавшие невозможным использование иных способов возвращения в Россию. К протоколу было приложено заявление для печати левых деятелей социал-демократических партий, которые поддержали решение российских эмигрантов о возвращении в Россию через Германию. В этом заявлении говорилось, что в создавшихся условиях русские революционеры «не только вправе, но обязаны воспользоваться представившимся им случаем проезда в Россию».

Таким образом, международное социал-демократическое движение в лице его левых представителей брало на себя ответственность за защиту В. И. Ленина и его спутников от провокационных действий как германской, так и российской реакции.

Все детали предстоящей поездки были тщательно продуманы. Швейцарский социал-демократ Фриц Платтен от имени группы политических эмигрантов из России провел переговоры с немецким посланником в Швейцарии. В. И. Ленин выработал условия проезда, важнейшие из них предусматривали, что российские граждане не будут покидать свой вагон на протяжении всего пути через Германию, никто без разрешения Ф. Платтена не имеет права войти в вагон, контроль багажа и паспортов германской стороной не проводится.

Благодаря выдержке и твердости большевиков удалось обеспечить строгое выполнение этих условий. Они не нарушались даже тогда, когда на территории Германии с русскими эмигрантами пожелали встретиться представители германской социал-демократии. Их, как и других германских граждан, не допустили в вагон. Строгое соблюдение принципа экстерриториальности явилось убедительным аргументом, позволившим большевистской партии полностью опровергнуть домыслы реакции об обстоятельствах проезда В. И. Ленина и его спутников через Германию.

31 марта 32 участника поездки прибыли в Стокгольм. В. И. Ленин торопил своих товарищей, настаивая на быстрейшем отъезде в Россию.

«Самое важное, чтобы мы прибыли в Россию как можно скорее. Дорог каждый день» (В. И. Ленин, ПСС, т. 31, с. 95).

Вечером того же дня русские эмигранты выехали в Петроград.

Уже на территории Финляндии, входившей тогда в состав Российского государства, В. И. Ленин получил возможность ознакомиться с новейшей газетной информацией, поступившей из Петрограда, поговорить с местными социал-демократами, рабочими, солдатами. Созданные им в поезде наброски послужили основой знаменитых «Апрельских тезисов», в которых обосновывался курс партии на социалистическую революцию. На финско-русской границе в Белоострове В. И. Ленина тепло встретили делегация петроградских рабочих во главе с членами Бюро ЦК и ПК РСДРП (б), представители редакции газеты «Правда», рабочие Сестрорецка. В это же время десятки тысяч рабочих Петрограда собирались на площади у Финляндского вокзала, готовясь к торжественной встрече вождя большевистской партии. Поезд с «эмигрантским» вагоном прибыл поздно вечером, в 23 часа 10 минут, 3 апреля. Это был второй день пасхи. Поэтому заводы и учреждения не работали. Но весть о предстоящем приезде В. И. Ленина широко распространилась по Петрограду. К вокзалу пришли колонны рабочих многих предприятий, революционные матросы и солдаты со знаменами и лозунгами. Площадь освещалась прожекторами. Появились и броневики, посланные для торжественного сопровождения приехавших.

На перроне В. И. Ленина и его спутников приветствовали представители большевистской партии, рабочие. В. И. Ленин вышел из вокзала на площадь. Один из участников встречи рассказывал:

«Мы увидели Ленина издали: он показался на ступенях вокзальной лестницы. По площади прокатился гул, словно тысячи человеческих грудей одновременно вздохнули радостно и облегченно. И тотчас загремело, загрохотало, перекатываясь из края в край, могучее, многоголосое «ура».

Поднявшись на броневик, В. И. Ленин произнес краткую речь, заключив ее призывом к социалистической революции. На броневике, сопровождаемый тысячами рабочих, солдат и матросов, В. И. Ленин направился к особняку Кшесинской, где помещались ЦК и ПК РСДРП (б).

«Красные знамена, почетный караул из кронштадтских моряков, рефлекторы Петропавловской крепости, освещающие путь от Финляндского вокзала к дому Кшесинской, броневики, цепь из рабочих и работниц, охраняющих путь»,

— так описывала Н. К. Крупская дорогу, по которой шел броневик с находящимся на нем В. И. Лениным. По пути Владимир Ильич не раз обращался к встречавшим с короткими речами.

В особняке Кшесинской В. И. Ленин сразу же приступил к обстоятельной беседе с партийным активом. В течение ночи он несколько раз выступал с балкона перед новыми делегациями рабочих, солдат и матросов. Вождь партии взял в свои руки непосредственное управление сложным процессом перерастания революции от ее демократического к социалистическому этапу.

Возвращение В. И. Ленина в Петроград ускорило рост авторитета и влияния большевистской партии в народных массах. Это привело к нарастанию темпов революционного процесса. Ленинские идеи, обогащенные и проверенные опытом масс, определили всю дальнейшую линию развития революции — на победу революции социалистической.

Имя Ленина теперь практически не сходило с полос столичных и провинциальных газет. В многочисленных резолюциях, принимавшихся на митингах и собраниях в рабочих районах, одобрялись действия, предпринятые Владимиром Ильичем для возвращения на родину, новые стратегические и тактические установки, выдвинутые в его выступлениях перед трудящимися и партийным активом.

В лагере врагов революции появление В. И. Ленина в Петрограде вызвало глубокое озлобление. Реакционная пресса развернула кампанию клеветы против партии большевиков и ее вождя, обвиняя Владимира Ильича в стремлении развязать гражданскую войну, покончить с демократическим строем, созданным Февральской революцией. Тогда и родился в среде контрреволюции затаскасканный ныне миф о «немецких деньгах», которому в то время никто не поверил.

Ленинский курс на социалистическую революцию вооружил партию, рабочий класс ясностью исторических перспектив, уверенностью, что их борьба уже в ближайшее время может привести к установлению в стране власти трудящихся.

«Сознание того, что Ленин с нами, что руководство партией… находится в его руках, наполняло всех огромной радостью и уверенностью, что теперь мы пойдем по безошибочному пути»,

— вспоминала об апрельских днях 1917 года Е. Д. Стасова.

Идеи, публичные выступления Владимира Ильича, его безграничная революционная энергия и оптимизм оказывали вдохновляющее воздействие на массы трудящихся, увидевших в нем своего испытанного вождя.

Именно В. И. Ленину, его идеям и практическим делам человечество обязано великим прорывом в будущее, осуществленным в октябре 1917 года рабочими и крестьянами России под руководством большевистской партии.

Продолжение следует.

В. Кожевников

Источник.



Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.