Подвиги выдающихся Советских танкистов помнит вся страна

Автор: | 2020-09-21
2+
Михаил Ефимович Катуков

Михаил Ефимович Катуков

Михаил Ефимович Катуков родился 4 (17) сентября 1900 года в «сельце» — так ласково называл он село Большое Уварово Коломенской губернии, теперь это Озерский район Московской области.

Мать — Мария Семёновна, отец — Ефим Епифанович. Самая легендарная личность в семье Катуковых — дед Епифан Егорович, служивший солдатом у Скобелева, на Шипке, участвовавший в боях за Плевну и на Зелёных горах. Старый воин рассказывал внукам, как он сидел «в секретах», показывал, как брать в плен турок, орудовать штыком, часто повторял: «Солдат — государственный человек. Всем слуга — себе не служит», «Главное — кирпич в карнизе, а не в фундаменте», «Что в детстве воспитаешь, на то в старости обопрёшься». Всё это оставило неизгладимый след в душе мальчика и легло в основу его судьбы. Кроме деда большое влияние на будущего маршала оказала и бабушка, мудрая женщина, искусная сказительница, наполнившая жизнь внука легендами, былинами, разными поучительными историями.

До двенадцати лет Михаил Ефимович жил в селе и учился в местной школе. Он окончил её с похвальной грамотой, был первым учеником, очень любил читать, обладал необычайной, изумительной памятью. Никогда ничего не забывал, помнил и знал многое. В детстве увлекался Жюль Верном, Стивенсоном, Майн Ридом, Фенимором Купером. В юности любил «Бородино» Лермонтова, песни и стихи Никитина, Кольцова, а пушкинскую «Полтаву» знал наизусть, часто потом читал всё это по памяти солдатам на фронте.

После Февральской революции 1917 года Михаил Катуков связал свою судьбу с армией. До этого был трудный период «учения» в Петербурге на службе «мальчиком» в молочной фирме Сумакова. Пять лет каторжного труда закалили характер и на многое открыли глаза. Михаил Ефимович добровольцем вступил в Красную Армию, рядовым участвовал в Гражданской войне в составе 54-й стрелковой дивизии, в 1919 году заболел тифом. После излечения был направлен в 57-ю стрелковую дивизию на Польский фронт и до заключения мира воевал с белополяками.

В конце 1920 года по своему желанию поступил на курсы краскомов и 1 марта 1922 года окончил 23-е Могилевские пехотные курсы. Получил командирское звание и был направлен в 235-й стрелковый Невельский полк 27-й Омской Краснознамённой дивизии в 1-ю роту командиром взвода.

В этой дивизии Михаил Ефимович прослужил до апреля 1932 года, занимая должности помощника командира роты, помощника начальника и, наконец, начальника школы. За это время он стал отличным снайпером, умным, расчётливым, сосредоточенным.

В 1927 году окончил курсы усовершенствования «Выстрел». А в апреле 1932 года, когда стрелковый полк развернули в танковую 5-ю отдельную бригаду в городе Борисове на Березине, Михаил Ефимович Катуков временно был назначен начальником штаба бригады. Затем — начальником разведывательного отдела, начальником артиллерии, командиром отдельного учебного батальона, где обучил одну тысячу пятьсот танкистов для частей танковых войск Красной Армии, главным образом, для Дальнего Востока. Но сначала ему самому пришлось учиться танковому делу и технике путём самоподготовки. И уже в 1933 году Михаил Катуков занял первое место на окружных стрелковых соревнованиях по стрельбе из танка, а вот профессиональное танковое образование получил лишь в 1935 году, успешно окончив курсы усовершенствования при ВАМИ им. Сталина в Москве.

Михаил Ефимович Катукоа

Михаил Ефимович Катуков

В 1940 году Михаилу Ефимовичу Катукову поручили сформировать 20-ю танковую дивизию, входившую в состав 9-го механизированного корпуса, которым командовал генерал Константин Константинович Рокоссовский.

К началу Великой Отечественной войны дивизия находилась в стадии формирования: в ней была одна треть личного состава, а вместо трёхсот семидесяти пяти танков, положенных по штату, — ни одного. Танки Т-34 ещё не были присланы, они должны были поступить в июле-​августе 1941 года. Таким образом, Катуков начал войну командиром 20-й танковой дивизии… без танков. Дрались с противником по-​пешему, обманывали врага, расставляя в засадах танки, сделанные из фанеры с камуфляжем.

Фронтовой корреспондент записал то, как Катуков вспоминал об этих днях:

«Основные силы моей дивизии уже дрались с немцами. Помните лаконичные сообщения Совинформбюро: «На Луцком направлении в течение дня развернулось танковое сражение, в котором участвует до 4000 танков с обеих сторон. Танковое сражение продолжается».

Ну вот в этом сражении участвовала и моя 20-я дивизия с тридцатью учебными танчишками. Но дрались наши люди отчаянно: каждый наш танк, хоть и учебный, разбил от трёх до девяти немецких. А потом… Потом сражались как пехотинцы: стреляли из винтовок, у кого они были, дрались лопатами, гаечными ключами, ломами».

Командир бригады Михаил Ефимович Катуков и комиссар Михаил Фёдорович Бойко

Командир бригады Михаил Ефимович Катуков и комиссар Михаил Фёдорович Бойко

Катуков быстро понял: то малое количество танков, которое имеется, применяется неправильно, для ведения танкового боя нужен мощный бронированный «кулак», а пока танков мало (одни «БТ») это невозможно. И уже в то время у Катукова зародилась идея применения танковых засад. Эта тактика помогла малыми силами наносить противнику чувствительные удары.

Михаил Ефимович Катуков говорил:

«Держаться нужно стойко, мужественно и во что бы то ни стало уничтожать непрошеного врага.

Важно уметь действовать не только бригадой в целом. Каждое подразделение, каждый отдельный танк нужно готовить к автономным действиям в отрыве от главных сил».

В ноябре 1941 году была создана в 1-я гвардейская танковая бригада, командовать которой был направлен Михаил Ефимович Катуков. Эта бригада встала на защиту Москвы на Можайском, а затем на Волоколамском направлениях, затем перешла в контрнаступление, освобождая подмосковные города и населённые пункты. Она стала родоначальницей танковой гвардии, а самого командира, который водил её в бой, называли первым танкистом-​гвардейцем.

Командир 1-й гвардейской танковой бригады генерал-​майор Михаил Ефимович Катуков во время битвы под Москвой

Командир 1-й гвардейской танковой бригады генерал-​майор Михаил Ефимович Катуков во время битвы под Москвой

…«4-я танковая бригада отважными и умелыми боевыми действиями с 4.10 по 11.10, несмотря на значительное численное превосходство противника, нанесла ему тяжелые потери и выполнила поставленные перед бригадой задачи прикрытия сосредоточения наших войск.

Две фашистские танковые дивизии и одна мотодивизия были остановлены и понесли огромные потери от славных бойцов и командиров 4-й танковой бригады.

В результате ожесточённых боёв бригады с 3-й и 4-й танковыми дивизиями и мотодивизией противника фашисты потеряли: 133 танка, 49 орудий, 8 самолетов, 15 тягачей с боеприпасами, до полка пехоты, 6 минометов и другие средства вооружения. Потери 4-й танковой бригады исчислялись единицами.

Приказываю:

1. За отважные и умелые боевые действия 4-ю танковую бригаду именовать: «1-я гвардейская танковая бригада».

2. Командиру 1-й гвардейской танковой бригады генерал-​майору Катукову представить к правительственной награде наиболее отличившихся бойцов и командиров.

НАРОДНЫЙ КОМИССАР ОБОРОНЫ СОЮЗА ССР

И. СТАЛИН»…

В апреле 1942 года генерала Михаила Ефимовича Катукова назначили командиром 1-го танкового корпуса. В середине августа 1942 году пришёл приказ: 1-му танковому корпусу войти в резерв Ставки Верховного Главнокомандования и сосредоточиться южнее Тулы.

Здесь генерал-​майор Михаил Ефимович Катуков получил приказ о назначении его командиром 3-го механизированного корпуса, который, по решению Ставки ВГК, предназначался для боевых действий в районе Калининской области. На формирование корпуса отводилось очень мало времени.

Корпусу Катукова предстояло участвовать в Ржевско-​Сычевской наступательной операции войск Калининского и Западного фронтов, и личный состав вновь сформированного корпуса успешно справился с поставленной задачей.

Западный фронт, ноябрь 1941 года

Западный фронт, ноябрь 1941 года

Из воспоминаний Михаила Ефимовича Катукова о вызове в Кремль в сентябре 1942 года:

«Сталин, вышагивая по кабинету, задаёт мне ещё вопрос:

– Как считаете, хороши наши танки или нет? Говорите прямо, без обиняков.

Отвечаю, что танки Т-34 полностью оправдали себя в боях и что мы возлагаем на них большие надежды. А вот тяжёлые танки KB и боевые машины Т-60 и Т-70 в войсках не любят.

Сталин на минуту остановился, вопросительно изогнув бровь:

– По какой причине?

– KB, товарищ Сталин, очень тяжелы, неповоротливы, а значит, и неманёвренны. Препятствия они преодолевают с трудом. А вот тридцатьчетвёрке всё нипочем. К тому же KB ломают мосты и вообще приносят много лишних хлопот. А на вооружении у KB такая же семидесятишестимиллиметровая пушка, что и на тридцатьчетвёрке. Так, спрашивается, какие боевые преимущества дает нам тяжёлый танк? Вот если бы у KB пушка была посильнее, калибром побольше, тогда другое дело. Можно бы, пожалуй, мириться и с его тяжестью, и с другими конструктивными недостатками.

Раскритиковал я и лёгкий танк Т-60. У него на вооружении пусть и автоматическая, но всего лишь 20-мм пушка. Серьезной борьбы с бронетанковыми силами врага эта машина вести не может. К тому же у него мал клиренс, и совершать на нём марши, ходить в атаку по снегу и грязи — мёртвое дело. В подмосковных боях нам пришлось эти танки таскать на буксире.

Лёгкий танк Т-70 имеет более солидную броневую защиту, вооружён 45-мм пушкой, на нём установлены два автомобильных двигателя. Но он только начал поступать на вооружение и пока себя ничем особенным не проявил.

– Одна канитель с ними, товарищ Сталин, – заключил я.

Верховный слушал внимательно, не перебивал. Но когда я изложил свою точку зрения о всех танках, находившихся у нас на вооружении, он, выдержав длинную паузу, неожиданно начал мне доказывать, что я напрасно так резко обрушился на KB, Т-60 и Т-70, что они неплохие машины и, возможно, мы, танкисты, просто недооцениваем их.

Слушая Сталина, я, разумеется, волновался… Уже по тому, что Сталин с особым пристрастием пытал меня, чем хороши и чем плохи по своим тактико-​техническим свойствам наши танки, я понял, что Верховный Главнокомандующий хочет досконально, до самой, что называется, глубины, разобраться в сильных и слабых сторонах нашей бронетанковой техники сорок второго года».

Генерал-​майор Михаил Ефимович Катуков с офицерами у карты. Зима 1941-1942 года

Генерал-​майор Михаил Ефимович Катуков с офицерами у карты. Зима 1941-1942 года

В январе 1943 года было сформировано танковое объединение — 1-я танковая армия, командующим которой и был назначен Михаил Ефимович Катуков, которому было присвоено звание генерал-​лейтенанта танковых войск. Подобно Суворову, он понимал: в битве нет главнее солдата. И поэтому перед боями во всех полках, бригадах, сам проводил беседы с личным составом. Учил, как надо вести бой, как использовать технику, оружие, как взаимодействовать в бою с другими родами войск, внутри подразделений и экипажа. Объяснял поставленную задачу. Бойцы знали и понимали, чего хочет командующий. Катуков вникал во все нужды солдат и офицеров, заботился о награждениях и никогда не забывал своего обещания помощь или разобраться в чём-​нибудь. Особенно беспокоился о раненых. Все знали своего командующего в лицо и за его тепло и сердечность платили ему преданностью, ценили в нём хладнокровие, спокойствие, сдержанность, гордились им, радовались, что хорошо воюют под его началом, и называли себя «катуковцами», а Михаил Ефимович многих знал по фамилии и в лицо…

Во время сражения на Курской дуге летом 1943 года 1-я танковая находилась на направлении главного удара немцев и вела бой с одиннадцатью танковыми дивизиями и многочисленной пехотой противника.

Интересный материал:  К 107-летию со дня рождения легендарного разведчика Николая Кузнецова

Михаил Ефимович Катуков вспоминал о начале Курской битвы:

«Бурда переступил порог избы, еле держась на ногах. Небритое лицо его было чёрным от копоти и усталости. Гимнастёрка в пятнах пота. Сапоги в пыли. Таким мы его ещё не видели. Он было поднёс руку к шлему. Но я шагнул ему навстречу, обнял и усадил на скамейку:

– Ну рассказывай по порядку.

– Товарищ командующий, потери…

– Без потерь на войне…

– Нет, таких не было…

Странно было слышать все это от такого командира, как Бурда.

– Рассказывай, Александр Фёдорович.

И Бурда стал рассказывать. На их участке противник атаковал непрерывно. По пятьдесят — сто танков шли. Впереди «тигры», «пантеры».

– А с ними трудно, товарищ командующий. Бьёшь по ним, а снаряды рикошетом отлетают.

– Ну и каковы результаты боя?

– Потери… Ужасные потери, товарищ командующий… Процентов шестьдесят бригады.

Можно было понять состояние Бурды. Незадолго до начала боёв он принял бригаду. Это был его первый бой как комбрига. И вдруг такой непривычный исход: ведь обычно он умел воевать малой кровью, как говорили тогда. Брал противника хитростью…

Я попросил Шалина (начальника штаба) дать донесение, где значился боевой счёт 49-й танковой бригады. Немецкие потери значительно превышали потери бригады Бурды.

Я поднялся и пожал руку комбригу.

– Считай, что ты выполнил задачу. Главное, вы выстояли, не отступили. А сейчас иди к ремонтникам, поторопи их. Пусть поскорей восстанавливают машины. Я уверен, что на них вы ещё будете воевать по-​гвардейски».

Командарм 1-й гвардейской танковой армии Михаил Ефимович Катуков и член Военного совета Николай Кириллович Поппель вручают гвардейский знак молодому бойцу

Командарм 1-й гвардейской танковой армии Михаил Ефимович Катуков и член Военного совета Николай Кириллович Поппель вручают гвардейский знак молодому бойцу

Именно на участке обороны 1-й танковой потерпели неудачу двести «Пантер», впервые брошенных в бой новых немецких танков. Значение этого сражения в истории Великой Отечественной войны огромно.

Прежде всего, именно по его итогам вермахт окончательно утратил стратегическую инициативу: германская армия уже не могла предпринимать наступлений со стратегическим целями. А вот Красная Армия получила свободу выбора: где, когда и какими силами наносить удары и постепенно продвигаться дальше на запад.

Полководческий талант командарма Катукова ярко проявился и в Львовско-​Сандомирской наступательной операции, осуществленной войсками 1-го Украинского фронта в июле — августе 1944 года.

Танкисты 1-й, уже гвардейской, танковой армии стремительно вышли к Висле, форсировали её и вместе с пехотинцами и артиллеристами при поддержке авиации захватили Сандомирский плацдарм, который был позже использован в качестве исходного района для последующих наступательных действий советских войск к границам фашистской Германии.

Из воспоминаний Михаила Ефимовича Катукова:

«Надо сказать, 1-я гвардейская армия понесла серьёзные потери и с трудом отбивала атаки гитлеровцев на внешнем кольце окружения… Вероятно, противник догадывался о нашем состоянии. Во всяком случае, гитлеровцы даже пытались острить.

Немецкое радио передало нам ответ на ультиматум: «Мы в кольце, и вы в кольце — посмотрим, что будет в конце» …

Горящий «Тигр»

Горящий «Тигр»

18 августа 1944 года сопротивление врага в городе было сломлено, последние гитлеровские автоматчики были выбиты из своих гнёзд. Когда я въехал в Сандомир, меня удивило, что большинство его зданий цело: вероятно, занятые упорной обороной, гитлеровцы не успели взорвать их.

Старинный город сохранил многие черты средневековья: узкие улочки, стрельчатые арки и острые шпили костёлов. Серые стены и черепичные крыши замков, брусчатые мостовые — от всего этого веяло глубокой древностью. К сегодняшнему дню возвращали развалины, порванные ряды колючей проволоки, дымившиеся танки и разбитые машины.

А вскоре Совинформбюро передало последнюю сводку о боях в этом районе:

«20 августа севернее города Сандомир наши войска завершили ликвидацию окружённой группировки… ввиду отказа сдаться, большая часть окружённых войск противника уничтожена…»

За тридцать пять дней боёв 1-я гвардейская танковая армия во взаимодействии с другими армиями уничтожила и пленила свыше тридцати четырёх тысяч гитлеровцев, подбила и захватила четыреста шестьдесят один танк и штурмовых орудия, сто восемьдесят семь бронетранспортёров и бронемашин, восемьсот восемьдесят семь орудий и миномётов, шестьсот восемьдесят три автомашины, восемьсот шестьдесят четыре пулемёта, восемьдесят восемь самолётов».

С генералом авиации Василием Георгиевичем Рязановым

С генералом авиации Василием Георгиевичем Рязановым

За эту операцию в соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 23 сентября 1944 года гвардии генерал-​полковнику танковых войск Михаилу Ефимовичу Катукову было присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ему ордена Ленина и медали «Золотая Звезда» (№ 4585).

14 января 1945 года с западного берега Вислы, южнее Варшавы, танковая армия Катукова начинает неслыханный в военной истории по глубине и по темпам рейд в ходе Висло-​Одерской операции, глубина наступления шестьсот километров. В отдельные дни темпы передвижения достигали сто километров и более, и всё это — по вражеской территории.

Действия разворачиваются стремительно. После освобождения городов Лодзь и Гнезен 1-я гвардейская танковая армия блокирует город Познань частью сил, а главными силами выходит на Одер и сразу захватывает плацдарм на западном берегу. Кроме того, армия Катукова форсирует реки: Пилицу, несколько раз изгибающуюся в пути следования армии, Варту, Обра.

Западный берег Обры был укреплён мощной стальной бронёй многоэтажных дотов. Здесь и «зубья дракона», и надолбы, и ловушки, и минные поля — и всё это преодолевают советские танкисты, пробивая брешь в обороне до подхода пехоты.

Затем танки Катукова устремились к Одеру, ведя за собой пехоту.

1 марта 1945 года 1-я гвардейская танковая стремительным рейдом, рассекая Померанию на две части, вышла к Балтийскому побережью, отрезав и окружив войска врага. Затем, как смерч, «катуковцы» пронеслись по Восточной Померании, заняли побережье Балтики и приступили к подготовке штурма Берлина.

Михаил Ефимович Катуков держит речь перед наступлением. Январь 1943-го года

Михаил Ефимович Катуков держит речь перед наступлением. Январь 1943-го года

Боевая подруга командарма Екатерина Сергеевна Катукова вспоминала о тех днях:

«Мы на германской земле! С непривычки эта страна производит удручающее впечатление. Вся в сером камне какого-​то арестантского цвета, с зеленоватым оттенком. Дома — с остроконечными крышами, стоят тесно, похожи один на другой.

До Берлина прошли много деревень, и все они как одна. В домах стандартная мебель, всё одинаково, нет никакой индивидуальности. Всё здесь как-​то не по-​нашему, и ничто не радует глаз. Нет нашего русского простора. Даже лес, и тот другой. Сосны, как спички, понатыканы рядами, весь подлесок вырублен. Земля плохая — один песок.

Мы вступали в города и деревни, из которых немцы, не успев закрыть дверей квартир и магазинов, бежали. На плитах ещё кипели кофейники… Во всех дворах непоеный скот. Не доенные несколько суток коровы мычали так, будто их жгли огнём. Хозяйство у немцев не бедное, в каждом доме — электродойки, шкафы доверху забиты добром. А дороги все усыпаны пухом от перин, подушек, как снегом…»

Противник ждал наступления советских войск на берлинском направлении, хотя и не знал его точной даты. С началом битвы за германскую столицу армия Катукова прогрызала глубокоэшелонированную оборону немцев на Зееловских высотах.

Екатерина Сергеевна Катукова

Екатерина Сергеевна Катукова

Здесь местность была лесистой с бесчисленными речками, болотами, каналами. Манёвр в процессе ведения боя танковыми войсками был чрезвычайно затруднён. После жестоких боёв на высотах образовалась узкая щель — железная дорога на город Зеелов.

В этот момент Катукову пришла в голову мысль пустить ночью танки с зажжёнными фарами по железнодорожному полотну.

Противник решил, что это свои войска выходят из окружения, и некоторое время не открывал огонь. Катуков пользуясь неожиданностью бросил в прорыв все свои силы, оставив на других участках лишь прикрытие.

Указом Президиума Верховного Совета от 6 апреля 1945 года за успешное руководство воинскими соединениями и проявленные при этом личное мужество и героизм гвардии генерал-​полковник танковых войск Михаил Ефимович Катуков удостоен звания дважды Герой Советского Союза и награждён орденом Ленина и второй медалью «Золотая Звезда» (№ 5239).

«В 1941 году у Катукова было всего сорок пять танков, а теперь эта громада: танк к танку, пушка к пушке — занимала пространство в сто пятьдесят километров. И в эту узкую горловину вошла вся армия Катукова», — писала Екатерина Сергеевна Катукова.

Михаил Ефимович Катуков в Берлине

Михаил Ефимович Катуков в Берлине

Так, в жестоких боях истребляя противника и отбивая его отчаянные контратаки на левом фланге 1-го Белорусского фронта Георгия Константиновича Жукова, танковая армия Катукова ворвалась в восточную и юго-​восточную часть Берлина.

Она первой форсировала реку Шпрее и, взаимодействуя с войсками 8-й армии Василия Ивановича Чуйкова, овладела Зоопарком и частью парка Тиргартен близ рейхстага. Здесь «катуковцы» вошли в соприкосновение с войсками танковой армии генерала Семёна Ильича Богданова, наступавшими с севера и северо-​востока.

2 мая 1945 года Берлин пал!

Советские танкисты в Берлине

Советские танкисты в Берлине

С конца войны и до 1948 года Михаил Ефимович Катуков занимает пост начальника Советской военной администрации Земли Саксонии и одновременно командует танковой армией. С 1948 по 1950 год он командующий бронетанковыми и механизированными войсками в Германии, с 1951 по 1955 год служит в Бобруйске в Белоруссии. В 1953 года — член Бобруйского областного совета депутатов трудящихся, в феврале 1955 года — депутат Верховного Совета Белоруссии.

В июне 1955 года Михаил Ефимович Катуков назначен в Министерство Обороны в Главную Инспекцию — генерал-​инспектором танковых войск. В апреле 1957 года Михаил Ефимович Катуков — заместитель начальника Главного Управления боевой подготовки Сухопутных Войск Министерства Обороны СССР.

В 1959 году Михаилу Ефимовичу Катукову присвоено звание Маршала Бронетанковых войск.

В 1959 году Михаилу Ефимовичу Катукову присвоено звание Маршала Бронетанковых войск.

За период службы в Советской Армии Михаил Ефимович Катуков дважды был награждён Золотой Звездой Героя Советского Союза, получил четыре ордена Ленина, три ордена Боевого Красного Знамени, два ордена Суворова I-й степени, ордена Кутузова I-й и II-й степени, орден Богдана Хмельницкого, другие награды.

Однако самой большой наградой ему, как и каждому настоящему полководцу, стала любовь тех, кем он командовал, ради кого бесконечно совершенствовал себя, не жалея сил.

Умер Михаил Ефимович Катуков 8 июня 1976 года, и был похоронен на Новодевичьем кладбище города-​героя Москвы. …Вернувшись с похорон маршала, простой советский солдат А. Ерофеев, взялся за перо и написал стихи в память о своём командире:

Он был легендой, мужества примером,

Он был страшнее смерти для врагов.

Своим умом и действием победным

Снискал любовь в народе Катуков.

Нет, не восполнить горечи утраты,

Его дела года переживут.

Склоните ниже головы, солдаты,

Такие люди в вечности живут.

Личные вещи Михаила Ефимовича Катукова

Личные вещи Михаила Ефимовича Катукова

Эти слова говорят едва ли не больше, чем все награды…

Память о Михаиле Ефимовиче Катукове жива. Его именем названа воинская часть, улицы в Москве и других городах, школы. Он — Почётный гражданин городов Мценска, Озеры, Берлина. Памятник дважды Герою Советского Союза маршалу Михаилу Ефимовичу Катукову в городе Озеры Московской области — это и признание его заслуг перед Отчизной.


Д.В. СУРЖИК

Источник.



Просмотров: 8

2+