Почему не стало СССР: уроки для социализма будущего

Автор: | 2021-08-31
Почему не стало СССР: уроки для социализма будущего

Почему не стало СССР: уроки для социализма будущего

Почему не стало СССР: уроки для социализма будущего

Доклад члена Идеологической комиссии ЦК РКРП-КПСС Романа Осина на Международной научной конференции

Формальное и реальное обобществление в советском обществе

Введение

В настоящее время антикоммунистическая пропаганда (что либерального, что консервативного толка) любит утверждать, будто бы СССР рухнул из-за чрезмерного доминирования общественной собственности и плановой экономики. Дескать, это социализм и плановая экономика с их «неэффективностью» привели к гибели СССР и его общественной системы. Однако, как показала практика «эффективная» рыночная экономика не только не смогла превзойти «неэффективную» плановую по ключевым показателям развития, но обернулась деградацией общества во всех его сферах. На самом деле, как нам представляется, к катастрофе привел не избыток социализма и обобществления, а определенная недостаточность и реального обобществления, и социализма.

Категория «обобществление» является одной из ключевых для понимания становления социализма. Поэтому в докладе поднимаются вопросы теоретического понимания и различения категорий формального и реального обобществления и их практического развития в советском обществе.

Что такое обобществление?

Сам процесс обобществления состоит из двух взаимосвязанных моментов: как процесс обобществления труда и обобществления средств производства (то есть обращения средств производства в общественную собственность). Огосударствление средств производства социалистическим государством без должного уровня обобществления самого производства – важный шаг на пути становления непосредственно общественного производства, но далеко не исчерпывающий этот сложный процесс. Обобществление средств производства пролетарским государством без должного уровня обобществления производства будет формальным обобществлением.

Для того чтобы обобществление стало реальным необходимы экономические и политические условия. К экономическим условиям относятся определенный уровень развития производительных сил, позволяющий организовать все производство по единому плану. Функционирование экономики социалистического государства как единого экономического субъекта с единой централизованной системой планирования – важнейшее (если не ключевое) условие реального обобществления. Таким образом, обобществление труда и производства, с одной стороны, и обобществление средств производства, с другой, – это два взаимосвязанных процесса. Если обобществление труда и производства не достигло достаточного для социализма уровня, то обобществление средств производства будет неизбежно носить на первых порах формальный (то есть юридически закрепленный) характер, первое время находиться в тесном переплетении с несоциалистическими укладами. Поэтому для реального обобществления в экономической подсистеме общества необходимо преодоление товарного производства, борьба с обособленностью отдельных предприятий, в конечном счете, необходимо не только политическое (формальное), но и реальное уничтожение частной собственности на средства производства, что означает организацию плановой экономики, а также построение всего общества как единой фабрики, единого экономического субъекта, функционирующего централизованно и по единому директивному плану. Именно это позволит наладить и распределение в интересах всего общества. Допуск расширения товарно-денежных отношений без тенденции их преодоления неизбежно в долгосрочной перспективе приведет к реставрации капитализма, примером чего является опыт позднего СССР. Но для реального обобществления мало только экономических условий, если общество построено на принципах единой фабрики, единого плана, но пользоваться благами этого общества могут не многие, реального обобществления не будет. Отсюда кроме экономических, нужны и политические условия для реального обобществления.

Политическая основа реального обобществления состоит в реальном функционировании институтов социалистической демократии (прежде всего, Советов), без которой трудящиеся не будут вовлечены в управление общественными процессами поголовно, а, следовательно, без этого трудно говорить о реальном обобществлении, ведь обобществление выражается не только в присвоении результатов труда, но и в возможности управлять экономическими процессами. Трудящиеся такую возможность обретают через политическую систему диктатуры пролетариата, прежде всего, систему Советов. Советы это не просто название, но сущность пролетарской власти, имеющая определенные признаки: пролетарский классовый характер, соединение законодательной и исполнительной власти, право и реальная возможерсть отзыва депутатов, производственный принцип выборности, работа депутатов без отрыва от производства, выборность всех ключевых органов и должностных лиц и пр. Без реализации принципов Советской власти обобществление неизбежно будет носить опосредованный бюрократическим аппаратом государства характер, а потому будет оставаться в определенной степени формальным. С другой стороны, политически важным условием функционирования политической системы диктатуры пролетариата является наличие правящей подлинно коммунистической партии, которая бы могла направлять общество сознательно по пути продвижения к низшей, а затем и высшей фазе коммунистической формации, ведь коммунизм, в отличие от частнособственнических способов производства, строится сознательно.

Опыт СССР и обобществление

Сразу заметим, что социализм есть низшая фаза коммунизма, то есть этап становления высшей фазы коммунистической формации, а потому социализм неизбежно несет на себе «родимые пятна капитализма», то есть пережитки предыдущей формации. Отсюда при социализме не исключены определенные рудименты переходного периода, как, собственно, эти рудименты присутствуют в любой формации (пример Российской империи). Поэтому сразу скажу, что, на мой взгляд, не правы те уважаемые выступавшие здесь ученые, которые отрицают социалистический характер советского общества. Социализм в СССР был, но это был исторически ограниченный рамками времени социализм, социализм тот, каким он мог быть в рамках ХХ столетия и соотношения классовых сил труда и капитала во всем мире.

В СССР социализм приходилось строить в отсталой стране без поддержки мировой революции (по крайне мере, мировой революционный процесс пошел не такими быстрыми темпами, как того изначально ожидали), что неизбежно накладывало определенные отпечатки на процесс становления низшей фазы коммунистической формации в нашей стране. В этих условиях Советской власти, провозгласившей строительство социализма, во многом приходилось доделывать то, что не сделал капитализм (а именно индустриализацию промышленности и оснащение техникой сельского хозяйства). Все это наложило (и не могло не наложить) отпечатки на тот тип общества, который сложился в Советском Союзе. Если социализм в смысле низшей фазы коммунизма, по Марксу, несет на себе «родимые пятна» капитализма, то общество, строящее социализм в отсталой стране на базе отсталых производительных сил, не только несло «родимые пятна», но отчасти воспроизводило признаки классового деления внутри себя. Если даже в теории социализм, наследуя «родимые пятна» капитализма не застрахован от реставрации капитализма, то советский социализм был вдвойне подвержен этим опасностям.

Отсюда возникновение и сосуществование на протяжении всего периода становления и развития советского общества двух тенденций: тенденции возврата к капиталистическим частнособственническим отношениям (капиталистической тенденции) и тенденции становления процесса реального обобществления, а, следовательно, и перехода в коммунистическую формацию (коммунистической тенденции).

В советском обществе, с одной стороны, функционировала формально (а отчасти и реально) общенародная собственность на средства производства, с другой стороны, из-за недостаточного обобществления труда и производства шли процессы возникновения поначалу подпольного, а затем и поощряемого на высшем уровне, развития товарно-денежных отношений в тех сферах, где по логике системы социализма должны были действовать социалистические механизмы. Оторванная от масс партийная верхушка (или, как её еще называют, «номенклатура») превратилась в социальный слой, отличающийся от остальных особым местом в системе общественного производства. Для того, что бы стать классом, этому слою необходимо было превратиться ещё и в собственника средств производства, то есть стать новой буржуазией.

Казалось бы, создав крупную промышленность и проведя коллективизацию сельского хозяйства, формальность обобществления должна была бы уйти в прошлое, уступив место обобществлению на деле. Но этого не произошло. Как мы уже говорили выше, процесс обобществления имеет две стороны: обобществления процесса труда и производства и обобществление собственности на средства производства. В Советском Союзе реальное обобществление затронуло отчасти обе стороны. Действительно был создан единый народно-хозяйственный комплекс, разветвленная структура промышленности, единая энергосистема, по последнему слову науки и техники был оснащен военно-промышленный комплекс (ВПК), страна осваивала космическое пространство. С другой стороны, касательно обобществления средств производства мы имели целые сферы, которые обобществлялись не формально, а непосредственно, можно даже сказать – по-коммунистически. Конечно, прежде всего, это относится к социальной и культурной сфере, которые были полностью выведены из сферы товарного производства и распределялись «по труду» (а в некоторых случаях и по потребностям). Любой человек имел не номинальную, а вполне реальную возможность получать образование, проходить бесплатное лечение, а также отдыхать за символическую плату. Сюда же стоит отнести и невысокий уровень оплаты жилищно-коммунальных услуг, как и государственное распределение самого жилья бесплатно для трудящихся. Во многом это было возможно, благодаря общественным фондам потребления, которые достигали почти половины всего объёма получаемых населением благ. Так, к примеру, в 1973 году только выплаты из общественных фондов потребления составили 36,3% средней денежной заработной платы. Именно в этих социальных гарантиях, общественных фондах потребления, в этой не денежной доле в доходах трудящихся СССР проявлялась реальная, а не номинальная (формальная) общественная собственность. Прибавочный продукт возвращался труженикам в форме социальных гарантий и низких тарифов ЖКХ, транспорта и пр. Все это были элементы реального обобществления в СССР. К элементам реального обобществления стоит отнести и массовое развития культуры, что способствовало преодолению отчуждения трудящихся от накопленного отечественного и мирового опыта (об этом достаточно подробно в своем докладе говорила Людмила Алексеевна Булавка).

Но реальное обобществление средств производства распространялось далеко не на все сферы и даже там, где действовало реально, жестко опосредовалось государственными структурами, которые в свою очередь не были тем, о чем думали Маркс и Ленин. Да и в экономике, несмотря на огромный рывок вперед, обобществление носило зачастую формальный характер (тесно переплетаясь с реальным).

Процесс же формального обобществления проявлялся в нескольких аспектах.

Если говорить о политическом аспекте, то это национализация социалистическим государством средств производства, коллективизация сельского хозяйства (в котором, кстати говоря, сохранялись единоличники ещё и после Великой Отечественной войны). Так, если в 1928 году социалистическая собственность составляла 77,8% (97,9 в промышленности и 63,6 в сельском хозяйстве), то к 1936 году этот показатель стал составлять 98,7% (99,95% в промышленности и 96,3% в сельском хозяйстве). Таким образом, процесс формального обобществления был завершен в СССР к 1936 году. Важно понимать, что формальное обобществление – важный и необходимый этап на пути к обобществлению реальному. На определенном этапе становления низшей фазы коммунизма оно сыграло решающую роль в технико-технологическом скачке производственных отношений. Так, усилия первых «пятилеток» позволили в кратчайшие сроки добиться успехов и совершить экономическое чудо советской экономики.

Вместе с этим сверхцентрализация привела к образованию особого слоя людей (так называемой «номенклатуры»), которые превратились в относительно независимый от масс социальный слой и со временем оказались заинтересованы в том, чтобы стать социальным классом, а это означало заинтересованность в реставрации капитализма. Ленин считал возможным создание предпосылок «цивилизованности» при помощи государства диктатуры пролетариата, но, начав создавать эти предпосылки, государство было вынуждено отказаться от существенных принципов той самой диктатуры пролетариата, постепенно встав над обществом и сформировав внутри себя особый социальный слой, далеко не всегда заинтересованный в продвижении к реальному обобществлению. Государство было для и в интересах трудящихся, но оно ещё не было в полной мере поголовным включением в управление самих трудящихся. Тут стоит сказать и о негативных последствиях парламентаризации Советов, начало чему было положено политической реформой 1936 года. Политический аспект не мог не сказаться на экономическом аспекте формальности обобществления в СССР.

Формальность обобществления касалась и экономического аспекта функционирования плановой экономики. Как было сказано выше, экономическая основа обобществления состоит в организации общественного производства как единой фабрики по единому централизованному плану. Вопреки расхожим представлениям, будто в СССР действовало планирование всего и вся, на практике это было далеко не так. Формальный характер обобществления приводил к недостаточному функционированию плановой экономики, то есть того самого учета и контроля, который, по мысли Ленина, должен был быть строжайшим в социалистическом обществе. Попытки ускорить темпы роста за счет введения элементов рынка в 1965 году лишь ухудшили ситуацию. Начиная с 1960-х годов, стала усиливаться групповая собственность, а вместе с ней и местнические отношения. Культивирование товарно-денежных отношений в условиях социализма в теории постепенно воплощалось на практике. Номенклатура уже не была заинтересована в радикальных изменениях в способе производства, в реальном, а не только номинальном обобществлении труда. В этой связи показательно, что сверхцентрализованная система бюрократизированного аппарата сочеталась с усилением тенденции местничества, обособления предприятий. Как сообщает Н.О. Архангельская, «в нашей стране обособление предприятий, в частности, проявилось:

1. в стремлении отдельного предприятия получить больше прибыли, поскольку из неё стали формироваться фонды развития предприятия и материального поощрения;

2. в нарушении ради этого плановой дисциплины и изменении в силу этого характера труда;

Интересный материал:  Приговор частной собственности

3. в завышении цен на свою продукцию, что вело к присвоению одними коллективами труда других;

4. в фиктивном завышении объемов производства;

5. в том, что коллективы, ставившие на первый план общественный интерес, оказывались в невыгодном положении по сравнению с остальными».

Остановимся на наиболее значимых для нашего исследования пунктах. Говоря о плановости в СССР, указанный автор показывает, что «погоня за прибылью подрывала планомерное ведение хозяйства. Коллектив предприятия был заинтересован в том, чтобы план по прибыли был перевыполнен (от этого зависела сумма выплат из ФМП), и в этих целях стремился обеспечить себе выгодное плановое задание». Предприятия стремились занизить плановые задания с тем, чтобы их можно было легко выполнить и получить премии. Часто складывалась ситуация, при которой предприятие работало хуже, чем в предыдущем году, но плановое задание выполнило и премии получило.

Другим методом деформации планового хозяйства являлись так называемые «корректировки плана», в ходе которых представители предприятия в конце года приезжали в Госплан и договаривались о снижении норм плана, принятого изначально. К сожалению, эта практика стала достаточно широко распространенной. Так, в 1975-1979 гг. 15 министерств и ведомств Азербайджана корректировали план 98 раз.

Стоит отметить, что ещё в советские времена были идеи, предлагающие альтернативу идеям «расширения товарно-денежных отношений при социализме». В качестве примера можно привести проект Общегосударственной автоматизированной системы учёта и обработки информации (ОГАС) Глушкова В.М. Он предлагал радикальным образом перестроить экономическую систему и внедрить в плановое хозяйство информационно-вычислительные технологии. Есть все основания полагать, что в случае реализации подобных проектов можно было бы всерьез говорить о значительном шаге вперед в области становления процесса реального обобществления. Тем не менее, эти идеи не были приняты высшим партийным руководством.

Не лучше обстояло дело и во внешней экономической политике. Руководство СССР в середине 1970-х годов, вместо того, чтобы улучшать качественные показатели развития, использовать в должном объеме новые информационно-вычислительные технологии, которые бы могли существенно упростить бюрократическую систему планирования, стали переориентироваться на поставку сырья. Данный подход был продиктован чисто капиталистической логикой: как можно быстрее достичь результата, не заботясь о качественном положении дел. Как справедливо пишет Б.Ю. Кагарлицкий, «страна развивалась по принципу: если у нас есть нефть, нам не нужны никакие реформы». И результаты не заставили себя долго ждать. Так, если в 1970 году доля машин в советском экспорте составляла 21,5%, то к 1987 году она сократилась до 15,5%. Если говорить про импорт, то там доля машин поменялась с 35,6% до 41,4% соответственно. В то же время резко выросли поставки сырья на Запад. Если в 1970 году экспорт топлива составлял 15,6% от советского вывоза, то к 1987 году он возрос до 46,5%. К 1979 году доля энергоресурсов в экспорте стран СЭВ составила уже 58,8%, в то время как в 1971-1975 гг. аналогичный показатель составлял лишь 14,5%. Переход на сырьевой путь развития являлся следствием рыночной логики советского руководства этого периода. Действительно, зачем вкладываться в долгосрочные проекты, когда можно за счет продажи сырья получить больше прибыли и в более короткие сроки?

Увеличение экономических связей и экономической зависимости стран СЭВ от стран Запада, а, следовательно, ростков социализма от мирового капитала, не могло не ослаблять коммунистическую тенденцию и усиливать тенденцию капиталистическую.

Тормозил формальный характер обобществления и увеличение производительности труда. Как сообщает М.В. Попов, «в 1950 г. Советский Союз по сравнению с США, Францией, Англией, ФРГ и Японией занимал пятое место по производительности труда в промышленности, уровень которой составлял 30% уровня, имевшегося в США.

Благодаря тому, что с 1951 по 1960 г. темпы прироста производительности труда в промышленности СССР составляли в среднем 7,3% в год, уже к 1960 г. Советский Союз вышел на третье место в мире по этому показателю, обогнав Англию и ФРГ и сохранив значительное превышение по сравнению с Японией (в СССР — 44% уровня США, а в Японии — лишь 22%).

В следующее десятилетие (с 1961 по 1970 г.) среднегодовые темпы прироста производительности труда в нашей промышленности составили 5,6%. Эти темпы позволили известное время удерживать достигнутые позиции, хотя разрыв в показателях между СССР и ФРГ стал сокращаться».

Эти данные свидетельствуют о том, что темпы прироста производительности труда на уровне около 5,5% в год, хотя и позволяли продолжать догонять США, но были явно недостаточны, чтобы удержать лучшее место в соревновании по данному показателю, в сравнении с ФРГ и Японией.

Дальнейший ход событий подтвердил и усилил этот вывод. Он показал, что «для сохранения достигнутого в соревновании положения недостаточно и 6% прироста производительности труда в год. С 1971 по 1975 г. темпы прироста производительности труда удерживались в среднем как раз на уровне 6% в год, тем не менее, в 1975 г. мы оказались уже не на третьем, а на четвертом месте, пропустив вперед ФРГ».

То есть по мере усиления рыночных тенденций производительность труда падала, а не росла.

Росла быстрыми темпами теневая экономика. Феномен теневой экономики в СССР исследовался как отечественными, так и западными учеными. По данным некоторых авторов, «годовая стоимость нелегально произведенных товаров и услуг в начале 1960-х годов составляла примерно 5 миллиардов рублей, а в конце 1980-х годов достигала уже 90 миллиардов рублей. В текущих ценах ВНП СССР составлял (в миллиардах рублей): в 1960 году – 195; в 1990 году – 701. Таким образом, экономика СССР за тридцатилетие выросла в 3,6 раза, а теневая экономика – в 14 раз». Таким образом, в 1970-е годы несоциалистический уклад усилил свои позиции в 14 раз, тогда как социалистический лишь в 3,6 раза. А что означает «теневая экономика» с точки зрения обобществления? А означает она то, что ряд предприятий были общественными лишь формально, а на деле функционировали по рыночным принципам как частные. Все это является следствием недостаточности реального обобществления в СССР.

Возникновение подобных явлений вкупе с отрывом партийно-государственной верхушки от рабочего класса приводило к появлению параллельной экономической реальности, которая всё больше и больше вступала в противоречие с задачами развития социалистических отношений. С одной стороны, функционировала формально (а отчасти и реально) общенародная собственность на средства производства, с другой стороны, из-за недостаточного обобществления труда и производства шли процессы возникновения поначалу подпольного, а затем и поощряемого на высшем уровне, развития товарно-денежных отношений в тех сферах, где по логике системы социализма должны были действовать социалистические механизмы. Оторванная от масс партийно-хозяйственная верхушка (или, как её еще называют, «номенклатура») превратилась в социальный слой, отличающийся от остальных особым местом в системе общественного производства. Для того, чтобы стать классом, этому слою необходимо было превратиться ещё и в собственника средств производства, то есть стать новой буржуазией. Подобная ситуация нам показывает, что в таких условиях смычка подпольных миллионеров («спекулянтов») с определенной частью партийно-государственно-хозяйственной номенклатуры была неизбежна. Отсутствие движения к коммунизму в 1970-80-х годов привело к тому, что общество сперва стало стагнировать, а затем деградировало в капитализм.

Выводы

Таким образом, гибель советского общества связана не с чрезмерным обобществлением и социализмом, а, напротив, с недостаточностью реального обобществления, с недостаточным преодолением политическим руководством элементов рынка; в конечном счете, гибель советского общества – результат не социализма, а не до конца изжитых «родимых пятен» капитализма в экономике и ревизионизма в идеологии. Реставрация же капитализма ничего, кроме обнищания широких слоев трудящихся, деградации экономики и культуры не принесла.

Какие уроки для будущего социализма дал нам опыт СССР?

Во-первых, социализм не вызревает стихийно, а строится сознательно, отсюда усиливается роль субъективного фактора революции, роль политической системы диктатуры пролетариата, роль правильной линии Коммунистической партии.

Во-вторых, лечить социализм капитализмом означает возрождать капитализм, отсюда очевидна ложность и тупиковость теорий рыночного социализма. Мы не отрицаем возможность временного использования рыночных механизмов в рамках переходного периода, но считать рыночные отношения имманентно присущими социализму и на этой основе выдвигать теории длительного сосуществования рынка и социализма, как минимум, наивная и вредная утопия, а как максимум, сознательный обман трудящихся. В действительности взаимоотношения рынка и социализма складывались, складываются и будут складываться на основе логики «кто кого»: или рынок – и тогда возрождается капитализм, или социализм – и тогда утверждается коммунизм. Третьего не дано.

В-третьих, развивать социализм невозможно без продвижения к полному коммунизму во всех сферах (в экономике, социальной сфере, политики, культуре и пр.), в противном случае будет попятное движение, что и показал опыт СССР.

Список литературы

1. 20 лет Советской власти (Статистический сборник) ПАРТИЗДАТ ЦК ВКП (б), Москва, 1937 http://istmat.info/node/18395

2. Архангельская Н.О. О некоторых причинах реставрации капитализма в СССР. Производственные отношения в СССР в 1960-1980-е гг// Марксизм и современность № 1-2. 2008 г. С. 13.

3. Вавенко И.Н., Кузин И.А. Теневая экономика и государство. – М., 2002; Есипов В.М. Теневая экономика. – М. 1997;

4. Валовой Д.В. Экономика в человеческом измерении. – М., 1988;

5. Глушков В. М. Введение в АСУ. — К.: «Техника», 1972;

6. Глушков В. М. Основы безбумажной информатики. «Наука», 1982 г; Глушков В. М. Электронные вычислительные машины и их значение для развития народного хозяйства// Кибернетика на транспорте. — Киев. Изд-во РДНТП. 1961;

7. Глушков В. М., Валах В. Я. Что такое ОГАС? — «Библиотечка „Квант“». Выпуск 10.

8. Глушков В. М., Как «погас» ОГАС (отрывок из воспоминаний) // http://www.situation.ru/app/j_art_333.htm; Глушков В. М. Макроэкономические модели и принципы построения ОГАС. — М.: «Статистика», 1975;

9. Джабиев Р. Спасительные корректировки // Социалистический труд. 1980. №11.-С. 119.

10. Еремин А.М. В дебрях реставрации капитализма (от перестройки к деградации экономики). Изм. № 2 (13). 1997.

11. Иванченко В. Совершенствование планового руководства экономикой // Вопросы экономики. 1980. №10. С.132–133.

12. Кагарлицкий Б.Ю. Периферийная империя: Россия и миросистема. Изд. 3-е. М. 2011. С. 395.

13. Катасонов В.Ю.Теневая экономика в СССР: с чего все началось // http://www.km.ru/economics/2014/02/03/istoriya-sssr/731316-tenevaya-ekonomika-v-sssr-s-chego-vse-nachalos

14. Киран Р., Кенни Т. Продавшие социализм: Теневая экономика в СССР. Массово-политическое издание. Москва: Алгоритм, 2010. – Советский проект.

15. Кириченко В. О некоторых вопросах дальнейшего совершенствования планирования и управления хозяйством // Там же. 1982. №9. С.58;

16. Коровина З.П. План, технический прогресс, стимулы. – М., 1986. – С. 34-35,40-41.

17. Народное хозяйство СССР в 1973 году. М. 1974.

18. Попов М.В. Планомерное разрешение противоречий развития социализма как первой фазы коммунизма. Ленинград, Изд-во Ленинградского государственного университета, 1986.

19. После выступления журнала // Плановое хозяйство. 1985. №2. С.94.

20. Ретинский Станислав. Проект ОГАС: несбывшееся грядущее //http://www.krasnoetv.ru/node/17142

21. Рыжков Н. некоторые вопросы планового руководства экономикой // Плановое хозяйство. 1982. №8. С.11.

22. Орлов Я. Промышленность и торговля: партнёрство должно быть равноправным // Коммунист. 1984. №11. С.50.

23. Самарский А. ОГАС (ОбщегосударственнаяАвтоматизированная Система сбора и обработки информации для учета, планирования и управлении народным хозяйством СССР) // http://www.warandpeace.ru/ru/analysis/view/72058/Пихорович В.Д. Очерки истории кибернетики в СССР. М. ЛЕНАНД. 2014.

24. Сергеев А.А. Пир состояться не должен! / Альтернатива: выбор пути. Перестройка управления и горизонты рынка. – М., 1990; Гуров А. Организованная преступность в СССР./ Погружение в трясину. – М. 1991;

25. Сергеев А.А. Структура производственных отношений социализма. М. 1979.

26. Сигов В.И., Смирнов А.А. Теневая экономика. – СПб. 1999;

27. Славкина М.В. Триумф и трагедия: Развитие нефтегазового комплекса СССР. – М., 2002;

28. СССР в цифрах в 1987. М. 1988. С. 32-33.

29. Экономические отношения стран СЭВ с Западом. М. Наука. 1983. С. 128-129.

Юнь О. Развивая плановый механизм хозяйствования // Коммунист. 1985. №13. С.47.

Источник.



Просмотров: 222

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.