Конституционная катастрофа

Автор: | 2020-03-23
Конституционная катастрофа

Конституционная катастрофа

Конституционная катастрофа: механика реализации и шанс предотвращения – на сопутствующем фоне экспоненциального разрастания в России пандемии коронавируса COVID-19 и обвала цены нефти, курса рубля и экономики

Мухамед Биджев, политюрист

1. В Российской Федерации с 20 января 2020 года до настоящего времени наблюдается проходящий в режиме спецоперации многоэтапный и многосложный процесс попытки неоправданно стремительного внесения изменений в Конституцию Российской Федерации. Многие этапы данного явно антиконституционного процесса уже реализованы и пройдены, в числе же анонсированных, запланированных к реализации, но пока незавершенных  — организация и проведение 22 апреля 2020 года так называемого «всероссийского голосования», фиктивное подведение его итогов, юридически ничтожное установление его результатов и последующее запланированное опубликование Президентом Российской Федерации нелегально обновленной редакции Конституции Российской Федерации, с последующим запуском нового процесса – процесса нелегальной перекройки конституционного и взаимосвязанного с ним иного законодательства страны по лекалам этих антиконституционных изменений в главный закон государства, что способно привести к полноценной конституционной катастрофе, делегитимации всего правового пространства страны, её политической системы, девальвации установленных основ конституционного строя, правого статуса личности в Российской Федерации, что (в купе с усиливающимися негативными рисками стремительно развивающихся кризисов в связи с экспоненциальным распространением эпидемии коронавируса и обвалом цен на нефть, курса рубля и экономики) способно поставить под угрозу само существование нашего государства.

2. Весь указанный выше процесс с начала его запуска и до настоящего времени сопровождается не скрываемыми и очевидными многочисленными нарушениями Конституции Российской Федерации, предыдущих неизменных решений Конституционного Суда Российской Федерации и федерального законодательства, и не позволяет считать его сколь-нибудь легитимным, конституционным и соответствующим фундаментальным основам права и принципам правовой системы Российской Федерации, в том числе – хотя бы лишь в кратком изложении – ввиду следующего.

2.1. 20 января 2020 года Президентом Российской Федерации со ссылкой на пункт «г» статьи 84 Конституции Российской Федерации (правомочие Президента Российской Федерации на внесение в Государственную Думу законопроектов) сопроводительным письмом от 20 января 2020 года № 73-Пр на рассмотрение Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации был внесён проект закона Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации «О совершенствовании регулирования отдельных вопросов организации и функционирования публичной власти» (в первой редакции названия проекта слова «..и функционирования..» отсутствовали и появились только ко 2-му чтению) (законопроект № 885214-7), структурно сконструированный из 2-х статей: самих проектируемых конституционных новаций – в статье 1 законопроекта, а также изобретенного, никогда не существовавшего ранее в ткани российского конституционного права и правовой системы страны в целом (и прямо противоречащего им), нового способа и особых условий вступления в силу и введения в действие закона, предположенного к вынесению на некое «общероссийское голосование» – в статье 2 законопроекта.

Редакция проектируемых им (внесённым от имени президента законопроектом) новаций хоть и была продекларирована направленной на изменение положений якобы лишь глав 3-8 Конституции Российской Федерации, однако, тем не менее, однозначно вторгается в сферу конституционного регулирования предписаний преамбулы и глав 1-2 и 9 Конституции Российской Федерации и противоречит им по содержанию, создавая полноценные условия к неправомерному усечению возможности беспрепятственной реализации положений преамбулы и названных глав 1-2 и 9 Конституции Российской Федерации.

2.2. В этой связи предложения о внесении изменений в Конституцию Российской Федерации, содержавшиеся в редакции названного законопроекта, могли бы быть конституционно-правомерно реализованы лишь в порядке процедуры и с соблюдением условий, установленных статьёй 135 Конституции Российской Федерации и положениями постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 31 октября 1995 года № 12-П «По делу о толковании статьи 136 Конституции Российской Федерации», а также частью 2 статьи 1 изданного в его развитие Федерального закона от 04 марта 1998 года № 33-ФЗ «О порядке принятия и вступления в силу поправок к Конституции Российской Федерации» — Конституционным Собранием Российской Федерации в соответствии с подлежащим предварительному принятию, но до настоящего времени так всё ещё и не принятым специальным федеральным конституционным законом о нём.

По указанной причине Государственная Дума (в лице своих органов — Совета и профильного комитета палаты) по результатам подлежавшей проведению надлежащей проверки соблюдения требований Конституции Российской Федерации обязана была – в силу требований частей 1 и 2 статьи 4 Федерального закона № 33-ФЗ и Регламента Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации – официально установить несоответствие названного законопроекта требованиям Конституции Российской Федерации (её преамбуле, статьям 1 (ч.1), 2-3, 4 (ч.2), 5 (ч.3), 10-12, 13-14, 15-16, 17-19, 26, 28, 29 (ч.2), 32, 45-46, 52, 55, 64, 71 (п.п. «а», «п»), а также её статьям 104-105, 108, 134-136) и статьям 1-2, частям 1-3 статьи 3 обозначенного Федерального закона № 33-ФЗ (по несоответствию Конституции по содержанию, по предмету регулирования законопроекта, по форме нормативного правового акта, по пределу охватываемых им допустимых взаимосвязанных изменений конституционного текста, по наименованию, отражающему допустимую суть данной «поправки», а не многочисленных бессвязных поправок, по отсутствию внутренней взаимосвязи между предлагаемыми многочисленными изменениями конституционного текста в одном представленном на рассмотрение конституционного законодателя законопроекте, по отсутствию заключения Правительства Российской Федерации на законопроект, положения которого неминуемо затрагивают изменение объёма финансовых обязательств государства, по механизму, условиям и порядку одобрения, принятия, вступления в силу и введения в действие и т.д.) и вернуть внесённый законопроект его инициатору без перехода в стадии его рассмотрения палатой в 3-х чтениях.

2.3. Однако, вместо этого Государственная Дума (в лице своих Совета и профильного комитета палаты) неправомерно приняла законопроект к своему рассмотрению, продекларировав его признание якобы соответствующим необходимости его рассмотрения, одобрения, принятия, вступления в силу и введения в действие в порядке реализации положений статей 134 и 136 Конституции Российской Федерации и Федерального закона № 33-ФЗ.

После чего законопроект – в отсутствие к тому правомерных допустимых конституционных оснований – был вынесен на рассмотрение и одобрен палатой в 1-ом чтении 23 января 2020 года, чем текущий состав нижней палаты федерального парламента не только одобрил концепцию законопроекта, но, фактически, и обозначенную выше противоправную позицию профильного комитета и Совета палаты по нему, после чего профильным комитетом и Советом палаты был установлен срок (впоследствии продленный) до 02 марта 2020 года – для направления поправок к указанному законопроекту для возможности его подготовки к рассмотрению и одобрению палатой во 2-ом и последующем за ним 3-тьем чтениях данного законопроекта.

2.4. В установленный, предельно допустимый срок (для возможности направления в ответственный по законопроекту профильный комитет Государственной Думы поправок к законопроекту для возможности их предварительного рассмотрения ко 2-му чтению и последующему возможному вынесению на рассмотрение во 2-ом чтении) – по 02 марта 2020 года – в профильный комитет палаты поступили обозначенные под видом «поправок» к указанному законопроекту № 885214-7 следующие, продекларированные в качестве таковых, «поправки» от следующих лиц (органов):

— 374 – всего поправок, от всех авторов поправок.

Из них в юридически значимом, конституционно-правовом смысле, поступили от надлежащих специальных субъектов права внесения предложений о поправках и пересмотре положений Конституции Российской Федерации, предусмотренных статьёй 134 Конституции Российской Федерации, лишь:

— 34 поправки – от Президента Российской Федерации;

— 01 поправка – от Народного Собрания Республики Ингушетия;

— 01 поправка – от Законодательного Собрания Челябинской области.

Остальные 338 так называемых «поправок» поступили от ненадлежащих субъектов, не обозначенных предписанием статьи 134 Конституции Российской Федерации (отдельные депутаты Государственной Думы – индивидуально, отдельные члены Совета Федерации индивидуально, группы депутатов Государственной Думы и (или) членов Совета Федерации – совместно небольшими группами, а также обращающие на себя особое внимание депутат Государственной Думы Д.В. Бессарабов – индивидуально, депутат Государственной Думы П.В. Крашенинников – индивидуально, депутат Государственной Думы П.В. Крашенинников и член Совета Федерации А.А. Клишас – вдвоём совместно, либо они же – вдвоём совместно в небольшой группе соавторов поправок из числа ряда других членов обеих палат федерального парламента).

При этом, все поступившие от всех авторов поправки были по странному решению профильного комитета палаты от 04 марта 2020 года, одобренному впоследствии Советом палаты, разбиты и включены в 4 (четыре) следующие таблицы поправок к законопроекту:

— «ТАБЛИЦА № 1 поправок, рекомендуемых Комитетом Государственной Думы по государственному строительству и законодательству к принятию (к положениям проекта закона Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации, не входящим в статью 1 указанного проекта)» (30 поправок);

— «ТАБЛИЦА № 2 поправок, поступивших в Комитет Государственной Думы по государственному строительству и законодательству, рекомендуемых комитетом к отклонению (к положениям проекта закона Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации, не входящим в статью 1 указанного проекта)» (5 поправок);

— «ТАБЛИЦА № 1 поправок, рекомендуемых Комитетом Государственной Думы по государственному строительству и законодательству к принятию (к статье 1 проекта закона Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации)» (170 поправок);

— «ТАБЛИЦА № 2 поправок, поступивших в Комитет Государственной Думы по государственному строительству и законодательству, рекомендуемых комитетом к отклонению (к статье 1 проекта закона Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации)» (169 поправок).

При  этом в 2 (две) таблицы поправок к законопроекту, рекомендуемых к принятию во 2-ом чтении попали лишь поправки от Президента Российской Федерации и поправки от депутатов Государственной Думы Д.В. Бессарабова, П.В. Крашенинникова и члена Совета Федерации А.А. Клишаса в их соавторстве с небольшими группами своих коллег по палатам парламента, а все остальные поправки от всех остальных подателей были рекомендованы 2 (двумя) таблицами либо к признанию их учтёнными либо частично учтёнными (без их обсуждения и рассмотрения для возможности принятия/одобрения), либо рекомендуемых к отклонению.

Таким образом, в установленный срок – по 02 марта 2020 года от надлежащих субъектов подачи поправок к законопроекту поступило лишь 36 поправок (34 – от президента, по одной от парламентов Ингушетии и Челябинской области). Все остальные поправки поступили от ненадлежащих субъектов подачи подобных поправок к законопроекту.

На самом пленарном заседании палаты 10 марта 2020 года, уже в ходе нахождения в стадии рассмотрения поправок к законопроекту во 2-ом чтении, с нарушением срока представления поправок и с нарушением субъектного состава лиц, уполномоченных на подачу поправок, поступили и были приняты к рассмотрению во 2-ом чтении поправка депутата Государственной Думы А.А. Карелина и поправка депутата Государственной Думы В.В. Терешковой.

Поправка, поданная А.А. Карелиным, была им отозвана до одобрения законопроекта во 2-ом чтении,  а поправка, поданная В.В. Терешковой, — отозвана не была.

В итоге, в ходе рассмотрения законопроекта 2-ом чтении после одобрения скопом по таблицам поправок и отдельно по поправке В.В. Терешковой, была одобрена редакция законопроекта во 2-ом чтении, в которой более половины поправок либо поданы ненадлежащими спецсубъектами права подачи предложений, либо ими же, но ещё и с нарушением срока представления поправок (В.В. Терешкова), что прямо противоречит статье 134 Конституции Российской Федерации, постановлению КС РФ от 31.10.1995 № 12-П, положениям статей 1-5 Федерального закона от 04 марта 1998 года № 33-ФЗ и Регламенту Государственной Думы, не делающих никаких исключений для соинициаторов из числа депутатов Государственной Думы и (или) членов Совета Федерации, численность группы которых составляет менее 1/5 от общего числа членов соответствующей палаты федерального парламента.

В результате обозначенных нарушений 10 марта 2020 года была одобрена во 2-ом чтении, а впоследствии одобрена 11 марта 2020 года и 3-тьем чтении и направлена в Совет Федерации редакция законопроекта, более половины текста которого исходит от ненадлежащих законоинициаторов соответствующих предложений, обозначенных в статье 134 Конституции Российской Федерации.

2.5. Стоит отметить, что подобных чудовищных нарушений процедуры и порядка одобрения/принятия предложений о поправках и пересмотре положений Конституции Российской Федерации ранее в Государственной Думе за всю историю её существования с декабря 1993 года не наблюдалось. К примеру, все предыдущие, сейчас уже принятые и действующие законы Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации, при их прохождении стадии рассмотрения в 3-х чтениях в нижней палате парламента, не были отмечены какими – либо нарушениями на предмет их несоответствия Конституции Российской Федерации 1993 года по содержанию и порядку принятия.

Интересный материал:  Уле Бьерг – Как делаются деньги?

2.6. 11 марта 2020 года одобренный Государственной Думой в 3-тьем чтении законопроект № 885214-7 сразу после обеда был направлен на рассмотрение в Совет Федерации, который, невзирая на все обозначенные выше нарушения, и не имея правомерных оснований к для реализация правомочия по части 2 статьи 6 Федерального закона № 33-ФЗ, ближе к вечеру 11 марта 2020 года принял постановление одобрить названный законопроект и считать принятым закон Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации. После чего дальнейшая процедура по указанному закону стала ещё более феноменально стремительной.

2.7. Вечером 11 марта 2020 года председателем Совета Федерации во исполнение предписаний норм статей 7-8 Федерального закона № 33-ФЗ было опубликовано для всеобщего сведения соответствующее уведомление и был направлен на рассмотрение в законодательные (представительные) органы государственной власти субъектов Российской Федерации сам одобренный/принятый Закон Российской Федерации о поправке к Конституции.

Согласно требованиям статей 9-11 Федерального закона № 33-ФЗ, направленный председателем Совета Федерации в парламенты регионов Закон Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации, рассматривается каждым парламентом в срок не позднее 1 года в порядке, определяемом самостоятельно, после чего постановления региональных парламентов направляются в течение указанного срока в Совета Федерации для учета контроля прохождения и рассмотрения закона парламентами регионов, а на следующий день, не ранее, чем по истечении указанного годичного срока, Совет Федерации устанавливает результаты рассмотрения Закона региональными парламентами, и в том случае, если более 2/3 региональных парламентов в установленные сроки п порядке одобрили указанный закон, — он вступает в силу. И только при соблюдении всех этих условий, направленный Советом Федерации Президенту Российской Федерации Закон Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации в порядке статьи 12 Федерального закона № 33-ФЗ подписывается им и официально опубликовывается. Далее президентом в порядке статьи 14 Федерального закона № 33-ФЗ осуществляется внесение принятой поправки в текст Конституции Российской Федерации и официальное опубликование Конституции Российской Федерации с внесенными в неё поправками (её обновленная редакция).

2.8. Однако, в нарушение указанного выше, нет никаких(!) объективных документально подтверждаемых данных о фактических обстоятельствах, способных подтвердить, что хотя бы один(!) из 85-ти(!) парламентов регионов смог правомерно, не нарушая регламенты и процедуры, условия и порядок рассмотрения закона о поправке к Конституции каждого из этих 85-ти парламентов (по сроку, по созыву заседаний, по рассмотрению и т.д.), получить из Совета Федерации высланный Советом Федерации вечером 11 марта 2020 года соответствующий комплект документов к рассматриваемому законопроекту (закону о поправке к Конституции), рассмотреть его 12-13 марта 2020 года данный закон о поправке к Конституции, в тот же день отправить постановления соответствующие в Совет Федерации, а Совет Федерации – получить их и уже 14 марта 2020 года установить результаты этого рассмотрения во всех 85-ти региональных парламентах.

И хотя чисто физически это не представляется возможным, тем не менее, по стремительности осуществленной Советом Федерации работы в этом направлении может сложиться способное всё это объяснить устойчивое впечатление, что, возможно, у председателя профильного конституционного комитета Совета Федерации А.А. Клишаса имеется в личном распоряжении машина времени либо же до настоящего времени не известное науке транспортное средство на новых физических принципах работы, способное перевозить, доставлять, транспортировать по территории Российской Федерации комплекты подлинников и (или) надлежащим образом заверенных копий документов из Совета Федерации в каждый региональный парламент и из них обратно в Совет Федерации – со скоростью, неуклонно приближающейся к скорости света.. Иначе невозможно объяснить заключение профильного комитета Совета Федерации от 14 марта 2020 года № 3.1-53/1278 и постановление Совета Федерации от 14 марта 2020 года № 98-СФ с прилагающимся к нему соответствующим перечнем региональных парламентов (всех 85-ти), якобы успевших столь стремительно всё рассмотреть, одобрить и надлежаще проинформировать об этом соответствующими подлинными документами (или их заверенными копиями) Совет Федерации.

2.9. Кроме того, невозможно объяснить и де-юре, как, не нарушая императивное требование части 2 статьи 11 Федерального закона № 33-ФЗ, Совет Федерации позволил себе, не дожидаясь 12 марта 2021(!) года, издать в отсутствие к тому правомерных конституционных оснований указанное постановление от 14 марта 2020 года № 98-СФ(?!).

2.10. Таким образом, нет никаких надлежащих оснований считать сколь-нибудь правомерным, конституционным, легитимным и способным к порождению какой бы то ни было юридической силы для кого бы то ни было весь процесс рассмотрения, одобрения, принятия, вступления в силу Закона Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации от 14 марта 2020 года № 1-ФКЗ «О совершенствовании регулирования отдельных вопросов организации и функционирования публичной власти» — в связи с его явным несоответствием требованиям Конституции Российской Федерации по своему содержанию и порядку принятия – начиная с момента внесения проекта закона о поправке к Конституции Российской Федерации на рассмотрение Государственной Думы и заканчивая его подписанием и опубликованием.

2.11. По указанной причине, а также по причине отсутствия соответствующих правомерных оснований к указанному ниже, невозможно не считать явно юридически фиктивным и изданным с превышением полномочий не предусмотренного Конституцией Российской Федерации и Федеральным конституционным законом «О Конституционном Суде Российской Федерации» так называемого «Заключения» Конституционного Суда Российской Федерации от 16 марта 2020 года № 1-З «О соответствии положениям глав 1, 2 и 9 Конституции Российской Федерации не вступивших в силу положений Закона Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации «О совершенствовании регулирования отдельных вопросов организации и функционирования публичной власти», а также о соответствии Конституции Российской Федерации порядка вступления в силу статьи 1 данного закона в связи с запросом Президента Российской Федерации».

Конституционный Суд Российской Федерации не уполномочен на принятие подобного заключения и мог в ответ на запрос Президента Российской Федерации вынести лишь отказное определение в связи с неподведомственностью ему рассмотрения подобного запроса в порядке конституционного нормоконтроля закона о поправке к Конституции Российской Федерации.

Кроме того, установленные формы осуществления конституционного судопроизводства в КС РФ исчерпывающе установлены и определены в Конституции Российской Федерации и ФКЗ «О КС РФ». Этим же законом, определяющим порядок деятельности суда, не допустимый к изменению иначе как путем внесения соответствующих изменений в Конституцию Российской Федерации и названный ФКЗ «О КС РФ», допустимыми формами принимаемых решений Конституционного Суда РФ установлены лишь постановление и определение суда.

2.12. Кроме того, также нельзя не отметить, что аналогично зыбкую основу конституционности и правомерности, как и всё обозначенное выше, имеет и процедура организации и проведения так называемого «общероссийского голосования», не предусмотренного ни Конституцией Российской Федерации, ни каким бы то ни было иным правомерно изданным в его соответствии нормативным правовым актом. Данное так называемое «общероссийское голосование» представляет собой, по своей сути, юридически ничтожным социологический опрос населения с фиктивными, не порождающими никаких правомерных юридических последствий, итогами и результатами обозначенного псевдоплебисцитарного недоинститута выяснения мнения незначительной части населения по конкретному документу, продекларированному якобы принятым в качестве закона о поправке к Конституции Российской Федерации.

2.13. Более того, учитывая острые риски экспоненциально возрастающей угрозы жизни и здоровью более 140 миллионов граждан Российской Федерации в связи усилением пандемии коронавирусной инфекции COVID-19, а также на фоне обвала цен на нефть, курса рубля и экономики и социальной сферы нашей страны, — оправдать организацию и проведение даже массового соцопроса в форме юридически ничтожного «общероссийского голосования» решительно невозможно.

3. Весь обозначенный выше процесс в целом и в частностях на всех его этапах реализации своими явными признаками очевидно являет собой юридически ничтожную конституционно-процедурную фикцию, ставшую возможной в результате антиконституционного внесения проекта закона, внесения поправок в него, его рассмотрения и одобрения по результатам 3-х чтений нижней палатой парламента, принятия верхней палатой парламента, одобрения парламентами всех регионов, установления верхней палатой указанного одобрения региональными парламентами, дачей Конституционным судом заключения с констатацией «соответствия Конституции принятого закона о поправке к ней», издания президентом распоряжения и указа с поручением Центризбиркому организации проведения и установления даты проведения «общероссийского голосования» по вопросу об одобрении кругом возможных участников названного голосования изменений в Конституцию Российской Федерации – противоречит Конституции Российской Федерации.

В результате, впервые за весь период с момента декларирования вступившей в свою силу и введенной в действие к применению с 25 декабря 1993 года опубликованной в этот день Конституции Российской Федерации, продекларированной принятой на «всенародном голосовании» 12 декабря 1993 года, по настоящее время может сложиться парадоксальная ситуация обновления конституционного текста главного закона страны юридически фиктивным и нелегитимным актом, продекларированным принятым, вступившим в силу и введённым в действие к его применению в ходе нелегитимного процесса, не способного напоминать «конституционный» даже отдалённо, что, как представляется, безусловно, делегитимирует сразу весь конституционный каркас государства, механизм власти, правовой, экономической и социальной систем нашей страны, подорвёт установленные основы конституционного строя и создаст условия к обрушению и гибели нашего государства – нашей страны.

4. В подобных условиях представляется единственно возможным способом предотвратить обозначенное выше – использовать установленные  статьёй 80 Конституции Российской Федерации конституционные полномочия Президента Российской Федерации как гаранта Конституции Российской Федерации, прав и свобод граждан нашей страны и главы государства, и во исполнение принесенной присяги при вступлении в должность Президента Российской Федерации для издания указа Президента Российской Федерации об официальном признании юридически фиктивным документом, не подлежащим исполнению и применению на всей территории Российской Федерации Закона Российской Федерации о поправке к Конституции Российской Федерации от 14 марта 2020 года № 1-ФКЗ, а также отмене распоряжения Президента Российской Федерации от 14 февраля 2020 года № 32-рп (об обеспечении участия граждан Российской Федерации в решении вопросов о внесении изменений в Конституцию Российской Федерации) и указа Президента Российской Федерации от 17 марта 2020 года № 188 «О назначении общероссийского голосования по вопросу одобрения изменений в Конституцию Российской Федерации».

Ошибки можно и нужно исправлять – пока они не привели к реализации обусловленных ими рисков конституционной катастрофы. Кроме того, как представляется очевидным, исправление этих ошибок позволит снять любые множащиеся в народе сомнения, связанные с наличием усматриваемых признаков нарушения предписаний, в том числе части 4 статьи 3 Конституции Российской Федерации и статьи 278 Уголовного кодекса Российской Федерации, всеми властными субъектами политико-правового процесса, участвовавшими в процессе продвижения указанного закона о поправке к Конституции Российской Федерации.

История делается сегодня – шанс на предотвращение катастрофы пока имеется.

Исправление допущенных ошибок гражданином Российской Федерации, который будет избран и вступит в должность Президента Российской Федерации на выборах, вместо действующего сейчас последний конституционно допустимый срок своих полномочий, — не обойдётся без существенных издержек для стабильности государства.

Источник.



Просмотров: 0