К вопросу об аресте последнего царя

Автор: | 09.11.2018
К вопросу об аресте последнего царя

К вопросу об аресте последнего царя

Вой по поводу ареста и расстрела Николая Второго, его жены и всего выводка длится уже много лет, то спадая, то усиливаясь, но не исчезая из арсеналов буржуазной пропаганды. При этом вопрос часто ставится в такой плоскости: мол, большевики самочинно и по-бандитски схватили царя-страдальца вместе с семьёй, бросили в подвал, а затем расстреляли. При этом народ, который любил своего драгоценного монарха, никто не спрашивал, и, стало быть, большевики – никакие не выразители воли абсолютного большинства трудящихся, а обыкновенные полу-уголовные узурпаторы власти.

На что даётся расчёт буржуазными брехунами и демагогами? На закрытые архивы и на то, что никто из рабочих и других угнетённых до правды докапываться не будет: раз говорят по телевизору, что царя народ любил – значит, надо в это верить, не утруждая поиском правды своё сознание и ум.

Но буржуазия просчиталась в своих расчётах. Во-первых, шила в мешке не утаить, и правда об отношении российских рабочих, крестьян и солдат к последнему самодержцу наружу выходит. Во-вторых, кое-что всё же осталось в разгромленных контрой архивах и библиотеках. А в-третьих, сама жизнь и исторический момент настоятельно требуют от рабочего класса не идти на поводке у врагов народа, а смотреть на все и всякие факты и события со своей, строго классовой точки зрения.

Чтобы внести некоторую ясность в вопрос об аресте царской семьи приведём несколько документов, которые относятся к первым дням Февральской буржуазно-демократической революции 1917 г. Тогда в течение нескольких дней под натиском рабочих, крестьян и солдат пала кровавая, гнусная, циничная, гнилая царская шайка Романовых, а вместе с ней пошатнулась и вся система господства эксплуататорских классов в России.

В феврале власть на исторически ничтожный срок попала в руки буржуазии и наиболее крупных помещиков, перестроивших свои латифундии на капиталистический лад. Но ни кадеты, ни пуришкевичи не могли справиться с непрерывным ростом революции, не могли остановить доведение до конца требований и задач Февраля – его перерастание в социалистический Октябрь.

Но при этом временное буржуазное правительство хваталось за все возможности, которые могли бы пригодиться в деле защиты и консервации власти крупной буржуазии. Ставка на свергнутую романовскую династию, на сговор с ней, была не последним средством для этого. В верхах началась закулисная игра по замене одного царя другим, когда эти верхи хотели «вместо Николашки поставить брата Мишку». Однако этот номер у буржуазии не прошёл. Не помогли и отдельные ренегатские выступления, которые призывали рабочих и крестьян к «сотрудничеству классов в тяжёлый для отечества момент», т.е. к поддержке «своей» буржуазии и к утверждению народом власти Михаила Романова (речь идёт о приветственных телеграммах политической проститутки Каменева М. Романову, князю Львову и бывшему председателю госдумы Родзянко).

Тогда появился план эвакуации Романовых за границу, например, к родственникам в Англию или в Голландию. Но пока кадеты и монархисты разрабатывали этот план, временное правительство было вынуждено содержать царя, его семью и приближённых в Царском Селе. За этими бывшими упырями сохранялись все привилегии, их быт в «заключении» был обставлен с роскошью и полным достатком – и это в измождённой и голодной стране. Налицо был такой домашний арест, в котором варварская династия чувствовала себя не арестованной, а как бы временно и по недоразумению отстранённой от власти.

Но слухи о том, что царя и его семью не только содержат в полном порядке во дворцах, но и собираются вывезти за рубеж для сытой и вольготной жизни на награбленные в России миллиарды, проник в рабочие, крестьянские и солдатские массы и вызвал негодование и ярость. Советами и другими массовыми организациями трудящихся и солдат были приняты резолюции, письма и постановления, в которых содержался протест против сохранно-монархической тактики буржуазии. Эти документы ясно передают общее и минимальное требование широких масс — о заключении низвергнутого царя, его семьи и всех приспешников и прихвостней монархии в крепость и передачу этой шайки под строгую охрану революционных солдат и матросов.

Так, 6 марта 1917 г. состоялось всеобщее собрание рабочих шести питерских заводов – «Эрлиха», «Якоря», «Литина», «Вельмана», «Аспера» и «Вормана». Это многотысячное собрание единогласно приняло резолюцию по поводу главного палача русского народа. Вот её сохранившийся текст (приводится полностью – для лучшего понимания общей обстановки тех дней):

«Решили единогласно, что Совет рабочих депутатов вынес постановление о возобновлении работ 7 марта сего года, но мы, рабочие данного собрания, приняли во внимание, что борьба с царизмом ещё не закончена, и глава его Николай II с целой шайкой приспешников не изолированы.

Посему требуем от Совета рабочих и солдатских депутатов немедленного ареста Николая и его приспешников и указываем, что даже жертвы революции не погребены.

Но не желая вносить дезорганизацию в ряды демократии, приступаем к работе 7 марта с.г., но с тем, чтобы по первому требованию вызова быть готовыми выступить как один человек. Вместе с тем предлагаем Совету рабочих и солдатских депутатов оповестить весь мир о совершившемся у нас в России перевороте и призвать все народы к общему единению и прекращению кровавой бойни на началах братства, любви и равенства. Также требуем от Совета рабочих и солдатских депутатов провести положение о 8-часовом дне без сверхурочных работ на законном основании.

Председатель собрания Антонов.

Участники (президиум) А. Петров, М. Тимофеева, С. Каменцев, А. Потёмкин»

Не позднее 10.03.1917 г. в Петросовет был направлен «Наказ избранным депутатам в Совет от рабочих Балтийского завода». Наказ гласил:

«Мы, рабочие Балтийского завода, обсуждая вопрос о возобновлении работ, постановили поручить нашим представителям в Совете рабочих и солдатских депутатов потребовать от Совета рабочих и солдатских депутатов:

1) Войти в тесную связь с революционным рабочим классом всех воюющих и нейтральных стран для совместного прекращения войны без завоеваний и контрибуций.

2) Потребовать от Временного правительства категорического заявления о том, что новая Россия ведёт войну не с трудовым народом Германии и Австрии, а с их правительствами, и готова в любой момент прекратить войну, заключив мир с народами воюющих стран

3) Потребовать от Временного правительства арестования Николая II и всего дома Романовых для предупреждения всяких попыток контрреволюции (выделение моё. – М.И.).

4) Обеспечить нормальный 8-часовой рабочий день и защиту экономических требований рабочего и крестьянского класса.

Мы, рабочие Балтийского завода, вполне доверяя нашим избранникам – депутатам в Совете рабочих и солдатских депутатов, готовы в любой момент по их призыву прекратить единодушную работу и возобновить борьбу на защиту классовых интересов пролетариата и крестьян.

Председатель бюро членов с.-р. и с.-д. Коршунов».

Получив за две недели более 1000 резолюций, заявлений и рабоче-крестьянских наказов с мест, 7 марта Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов выступает со специальным Заявлением:

«Нижеподписавшиеся члены Совета рабочих и солдатских депутатов заявляют Исполнительному Комитету следующее:

1) В широких массах рабочих и солдат, завоевавших для России свободу, существует крайнее возмущение и тревога вследствие того, что низложенный с престола Николай II кровавый, уличённая в измене России жена его, сын его Алексей, мать его Мария Фёдоровна, а также все прочие члены дома Романовых находятся до сих пор на полной свободе и разъезжают по России и даже на театре военных действий, что является совершенно недопустимым и крайне опасным для восстановления нормального порядка и спокойствия в стране и в армии и для успешного хода защиты России от внешнего врага.

2) Мы предлагаем Исполнительному Комитету немедленно потребовать, чтобы Временное правительство безотлагательно приняло самые решительные меры к сосредоточению всех членов дома Романовых в одном определённом пункте под надёжной охраной народной революционной армии.

3) Настоящее заявление требуем немедленно огласить и проголосовать в настоящем заседании Совета солдатских и рабочих депутатов».

27 марта 1917 г. в Петроградский Совет пришла телеграмма из революционного Донбасса. Совет рабочих депутатов Константиновских заводов на своём заседании 22.03.1917 г. принял такое постановление по поводу судьбы царя и его семьи:

«Не желая, чтобы многочисленные жертвы в борьбе за свободу пропали даром, и сознавая, что только демократическая республика отвечает ближайшим задачам пролетариата, в виду тяжести ответственного момента настойчиво призываем немедленно лишить свободы всю династию Романовых, дабы в корне пресечь возможность восстановления монархии. Призываем с изменниками поступать, как с военными шпионами (выделение моё. – М.И.).

Совет рабочих депутатов Константиновских заводов».

Как уже говорилось, Временное правительство было вынуждено поместить романовскую семейку под условный арест в Царском Селе. Но такое наказание палачам народ и армию никак не устраивало. Когда о вольготной жизни Николая и его присных стало известно в действующей армии, начались волнения. На многих участках фронта состоялись собрания солдатских депутатов, которые принимали резолюции на этот счёт и направляли их в Петроградский Совет. Приведём одну из таких резолюций.

«Принята на собрании делегатов с фронта 12 апреля 1917 г.

В виду несоответствия обстановки, в которой живёт бывший царь и бывшие царицы, тяжести их вины перед народом и в виду явной опасности дальнейшего оставления их в такой обстановке, которая даёт им возможность сношения с сочувствующими кругами, — собрание делегатов фронта 12 марта постановило:

— предъявить Исполнительному Комитету Совета рабочих и солдатских депутатов категорическое требование к переводу бывшего царя и обеих бывших цариц в Петропавловскую крепость.

Председатель (подпись).

Секретарь (подпись)».

Не оставалось в стороне от судьбы царя и крестьянство. С конца марта по конец мая 1917 г. в Совет поступило около 170 заявлений и решений крестьянских сходов со всей европейской части России, в которых «христолюбивому царю» давалась точная крестьянская оценка и было требование сурового наказания этого «мужицкого заступника». Вот «Заявление крестьян Кохомской волости Шуйского уезда в Петроградский Совет рабочих депутатов 5 мая 1917 г.». Читаем:

«Мы, нижеподписавшиеся, граждане крестьяне и крестьянки – рабочие из деревни Михалиц, Кохомской волости, Шуйского уезда Владимирской губернии на общем собрании постановили: в виду появившихся известий во многих газетах, а также и многих частных слухов о том, что арестованный Николай II Романов в царском дворце пользуется ещё свободой, спаивает дежурных офицеров и требует, чтобы его называли «величеством», просим членов означенного совета сделать давление на Временное новое министерство о переведении его, как народного угнетателя, в крепость».

Решительно и громко по поводу Николая и его семьи высказывался Балтийский флот. Так, в «Резолюции, принятой на общем собрании моряков команды крейсера «Россия» от 20 мая 1917 г.» говорилось:

«1) Присоединяемся к резолюции, вынесенной командованием линейных кораблей «Заря свободы» и «Республика» с поправкой после слов: «Мы требуем, чтобы Совет С. и Р. Д. принудил коалиционное министерство сейчас же передать все земли и инвентарь к ним в ведение крестьянских комитетов», — после которых считаем нужным прибавить: «для немедленного безвозмездного пользования крестьянами и для окончательного раздела по закону Учредительного собрания».

2) Второй пункт резолюции вышеуказанных кораблей принят единогласно.

3) Обсудив условия охраны Николая Кровавого и его опричников, находим эти условия охраны не отвечающими своему назначению. Мы признаём комфортабельную их жизнь недопустимой.

Наши товарищи за святое дело революции проходили тюрьмы, томились десятками лет в Шлиссельбургской и Петропавловской крепостях, голодали и истязались всеми способами в царствование вышеупомянутого Николая Кровавого и его опричников, и смертные приговоры для наших товарищей выносились в 24 часа, а наши требования о переводе Николая Кровавого и его опричников в Кронштадт почему-то не могут быть исполнены уже два месяца.

Признавая отказ Временного правительства в исполнении наших требований стремлением идти вразрез нашей воле, мы в последний раз требуем от Временного правительства, по получении нашей резолюции, немедленно отправить Николая Кровавого и его опричников в Кронштадтскую крепость.

Считаем не лишним добавить к своей резолюции следующее. Признавая ассигнование Временным правительством тысячных пенсий семействам бывших наших тиранов – министров фактом великодушия к ним, требуем немедленной отмены вышеуказанных ассигнований и со своей сторонынаходим ненужным выдачу им даже пайка, получаемого семействами запасных (выделение моё. – М.И.).

Просим и другие корабли присоединиться к нашей резолюции.

За председателя корабельного комитета (подписи)».

О какой резолюции идёт речь в заявлении корабельного комитета «России»?

Интересный материал:  "Верните художественные советы!". Интервью в "Правде" с руководителем ансамбля "Доктор Ватсон"

20 мая 1917 г. в линейной эскадре флота было принято две резолюции. Одна из них непосредственно касалась строгого заключения Николая II. Вот этот документ:

«Резолюция команды линейного корабля «Республика» от 20 мая 1917 г. Мы, команда линейного корабля «Республика», обсудив вопрос о переводе в Кронштадт бывшего царя Николая II со всей его свитой, пришли к следующему заключению: немедленно требуем от Совета солдатских и рабочих депутатов Петрограда, чтобы он потребовал от Временного правительства перевода бывшего царя и его приспешников в Кронштадт под охрану матросов.

Команда линейного корабля «Республика».

К резолюции прилагалось «Добавление…»:

«Когда же будет наш народный голос голосом повелительным, когда же наши требования будут приводиться в исполнение теми, которых мы уполномочивали в Совет солдатских и рабочих депутатов Петрограда, чтобы удовлетворять тех, которые лишены были голоса даже заявлять о своих потребностях. Поэтому смело говорим, что настало время не просить, а требовать. Требование не выполняется – будем приказывать.

С кем же надо считаться? Надо считаться с пославшими, т.е. с народом, который послал своих представителей в комитеты, Советы и разные учреждения…

Мы понимаем, что демократические начала основаны на выполнении требований народа его представителями.

Но почему же наши требования (о строгом аресте царя Николая и др.) разлетаются в воздухе?

В заключение спрашиваем Совет солдатских и рабочих депутатов, будет или нет исполнено наше требование? Если нет, скажите, почему? Осмельтесь же потребовать от смешанного министерства исполнения вышеуказанного, и кто этому мешает — должны о нём огласить, чтобы был виден противник…».

Через два дня, выслушав питерских рабочих-большевиков, прибывших на борт линкора «Республика», тысячный экипаж, согласившись с тем, что арест царя и его семейства есть важный, но не единственный вопрос революции, принимает ещё одну резолюцию, которая направляется в Петроградский Совет, а оттуда на все городские и близлежащие заводы, фабрики и железную дорогу. В резолюции говорится:

«Мы, матросы линейного корабля «Республика», выслушав доклад о текущем моменте, о борьбе пролетариата с капиталистами, приветствуем товарищей в их справедливой борьбе за полное освобождение от гнёта кровопийц-капиталистов, в их стремлении к действительному миру и свободе народов.

Мы обещаем товарищам рабочим всякую поддержку и помощь в этой борьбе. Мы в целях ускорения её требуем немедленного созыва Всероссийского съезда Советов солдатских, рабочих, крестьянских, батрацких и других депутатов, который должен: 1) взять всю власть в государстве в свои руки; 2) должен принять действительные меры к немедленному окончанию войны, для чего должен обратиться от лица действительно всего народа к демократии западно-европейских стран, опубликовать заранее тайные грабительские договоры царской шайки с шайками капиталистов в других странах; 3) должен установить полный контроль народа над производством сельскохозяйственных продуктов и фабричных изделий; 4) должен реквизировать в пользу всего народа все земли помещичьи, монастырские, удельные и пр., должен отобрать у предпринимателей орудия производства; 5) должен окончательно обезвредить царскую шайку Николая Кровавого и его приспешников и передать под охрану революционных войск в Кронштадт – до окончательного и скорого суда над этой шайкой.

До созыва Всероссийского съезда советов – за единственно правильные меры, ведущие к продолжению мировой революции: а) полное воздержание от наступления с нашей стороны, б) братание и тесную связь с товарищами по другую сторону фронта, в) организованное отбирание крестьянскими обществами земель и совместную обработку их и г) установление контроля над производством всех промышленных заведений страны.

Председатель комитета (подпись)».

Примерно в это же время в Петросовет поступил настоящий ультиматум от экипажа с крейсера «Диана». В судовом комитете этого корабля в тот момент большинство составляли левые эсеры, что ощущается при чтении документа. С другой стороны, не надо забывать, что у кронштадтцев с царём были особые счёты: с 1905 по 1917  гг. только на Лисьем Носу было казнено более 60 революционных матросов; более тысячи моряков были осуждены царскими трибуналами на каторгу и в тюрьмы на долгие сроки.

Так или иначе, но общее собрание экипажа крейсера, правильно понимая ненормальность ситуации с бывшим царём, постановляло:

«Мы третий раз уже не намерены шутить ни с кем. Мы последнюю резолюцию выносим, а потом после этой уже будем действовать открытой силой.

Итак, кому дорога свободная родина, тот немедленно присоединяйся к нам для спасения молодой свободной России. Пока у нас находится в своём дворце Николай Кровавый, дотоле мы не можем быть спокойны, дотоле мы не можем сказать уверенно, что он от нас не улизнёт и не начнёт на те же деньги, которые награбил, будучи коронованным разбойником, мутить, т.е. устраивать контрреволюцию, которую нам совершенно не надо (выделение моё. – М.И.).

Вот, товарищи, почему мы требуем отправить теперь же Николая Романова в г. Кронштадт, к самому верному революционному народу. Только один Кронштадт является центром, которому можно доверить такого важного государственного преступника, как Николай Романов, и только ему и его клике место надёжное в г. Кронштадте.

Итак, товарищи, мы в последний раз призываем вас прийти на помощь, чтобы то, что выше сказано относительно Николая Романова, осуществилось не на словах, а на деле…

Подписью с приложением печати судового комитета свидетельствуется. За председателя (подписи)».

16 июня 1917 г. до Петросовета дошло крестьянское письмо с Алтая. Крестьяне Нижне-Чулымской волости Барнаульского уезда доводили до сведения депутатов своё «Постановление». Вот его текст:

«1917 года июня 4-го дня мы, нижеподписавшиеся граждане Томской губернии Барнаульского уезда Нижне-Чулымской волости, быв сего числа на полном волостном народном собрании всей нашей волости, состоящей из селений: 1) Чулымского, 2) Ильинского, 3) Горноставского и 4) Берно-Каргатского, где, между прочим, обсуждали вопрос о том, что, как известно, бывший царь Николай II до настоящего времени содержится в Александровском дворце Царского Села, и получается, что как будто бы он не арестован, так как, находясь в своём дворце, не может считаться арестованным наравне с прочими бывшими его министрами-предателями, и, имея в виду как заявления некоторых возвратившихся с фронта солдат, так и из газетных сведений, что некоторые части войск обращались к Временному правительству с требованием перевести бывшего царя из дворца в одну из крепостей, но ходатайства эти пока не исполнены.

По обсуждении этого вопроса постановили: просить временное правительство безотлагательно сделать распоряжение перевести бывшего царя из дворца в одну из крепостей с его женой и семейством и содержать их как обыкновенно содержатся арестованные, не делая никаких послаблений, ибо, по разумению нашему, они этого вполне заслужили.

В том подписуемся.

Подписи (более 100)».

Завершить краткую опись доказательств «горячей любви» народа к своему самодержцу можно и нужно рабочей телеграммой из Архангельска в секретариат Съезда Советов. 20 июня 1917 г. состоялось большое собрание рабочих Архангельского военного порта, на котором было решено:

«Мы, рабочие Архангельского военного порта, будучи на общем нашем собрании, единогласно вынесли следующую резолюцию:

Мы, рабочие Архангельского военного порта, требуем от Всероссийского съезда Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов немедленного перевода бывшего царя из Царского Села в более соответствующее по его бывшей преступной деятельности место, каковым мы признаём в настоящее время Кронштадт, стоящий на страже интересов революции.

Мы признаём, что бывший царь, четверть века терзавший нашу родину, не в праве пользоваться хорошими условиями жизни, в которых он теперь находится, — теперь, когда мы вынуждены недоедать, недопивать и отказываться от самых существеннейших потребностей только благодаря его четвертьвековой деятельности.

От портового совета — председатель И. Скуратов».

Дать всю огромную перепись документов с требованием перевода в крепость, суда и казни царя и его присных пока что нет возможности. Но надо полагать, что приведённые выше материалы довольно ясно показывают отношение трудовых и солдатских масс к царю. Любовью к «помазанникам божиим» там и не пахло. Зато там очень сильно пахло намыленной пеньковой верёвкой, на которой нужно было вздёрнуть палача Николая и всю его царскую шайку.

М. Иванов

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.