Дивный новый электронный мир

Автор: | 2020-05-18
1+
Дивный новый электронный мир

Дивный новый электронный мир

Если послушать что говорят с голубых экранов, складывается ощущение: человечество – и наш народ, как его составная часть – сейчас замерло. Сжалось, как затаившийся зверь, стараясь пересидеть в норе опасного хищника по имени Ковид. В действительности всё существенно сложнее. Кризис, какова бы ни была его природа – чисто экономическая, военная, или, как сейчас, эпидемическая, всегда предоставляет некоторым игрокам дополнительные возможности. Уже сейчас многие эксперты активно обсуждают, каким будет посткоронавирусный мир. Спорных вопросов много. Сходятся все лишь на одном – изменения последуют. И достаточно существенные.

В том числе в политической сфере, во взаимоотношениях государства и гражданина. Всё новые формы дистанционного наблюдения, обработки статистических массивов данных, позволяющих вычленить из них конкретного отдельно взятого индивидуума. Электронный контроль. Настолько всеобъемлющий, что некоторые даже употребляют термин “Электронный концлагерь”. Даже если такие формулировки и отдают излишним алармизмом и часто оказываются связаны с разного рода теориями заговора про масонов и иллюминатов, которые де желают каждому жителю Земли проставить клеймо с сатанинским Числом зверя, беспочвенным беспокойство назвать никак нельзя. Объективно имеются достаточно мощные силы, заинтересованные в том, чтобы и дальше развивалась тенденция, технологии, по сравнению с которыми описания тоталитарного государства у Оруэлла в его “1984” покажутся детским лепетом. Весьма показательно, что имеющий широкую известность и игравший со своим телевизионным альманахом “Бесогон-ТВ” в целом удобную власти охранительскую роль Никита Михалков оказался оперативно отлучен от эфиров центрального телевидения после выпуска передачи с названием “У кого в кармане государство?”. Последняя освещала именно вопрос о наступлении компьютерных и онлайн технологий на традиционные общественные институты, что в перспективе может привести к подмене и фактическому уничтожению демократии, а в более отдалённой перспективе – даже современных представлений о человечности.

Текст выше играл роль пространной преамбулы. Теперь же – о главном событии, послужившим поводом к написанию статьи. 13 мая 2020 в Государственной Думе в ускоренном порядке (в один день проходили разом второе и третье чтение законопроектов) были произведены весьма существенные и глубокие коррективы отечественного выборного законодательства. Простой гражданин при этом был практически полностью изолирован от информации о происходящем. Об этом не говорили ведущие и дикторы, хотя по своей значимости перемены сопоставимы с теми, что произойдут в стране в случае принятия поправок к Конституции. С этим гипотетическим пока голосованием с неопределённой датой решения Думы от 13 мая связаны, нужно добавить, напрямую.

Итак, что же произошло? Сначала «Единая Россия» продавила в Госдуме возможность голосования на выборах… по почте! Причём без конкретного определения механики этого процесса, гарантирующей защиту волеизъявления граждан от фальсификаций и подтасовки. Теперь у ЦИК будут полномочия определять порядок такого голосования. Но ещё важнее другое. Сразу после всё тоже большинство ЕР протаскивает закон с достаточно любопытным названием «О проведении эксперимента по организации и осуществлению дистанционного электронного голосования в городе федерального значения Москве». В нём нижняя палата парламента заявляет о том, что дистанционное электронное голосование (или ДЭГ) было апробировано успешно – и данный опыт предлагается распространять шире.

Конкретно данное экспериментальное голосование проходило в столице в сентябре 2019 в ходе выборов в Московскую городскую думу. И вызвало острую и многостороннюю критику! Во-первых, со стороны оппозиции, причём всего политического спектра от лево-патриотической и до либеральной. Во-вторых — от граждан-пользователей, столкнувшихся с многочисленными сбоями системы. Наконец, в третьих – от профессионального сообщества программистов и специалистов по защите информации. Система ДЭГ была создана наспех, всего за 2 месяца. Она не прошла сертификацию и полноценную проверку. Полный код системы власти опубликовать отказались, а в том, что было опубликовано, только специалисты, привлеченные КПРФ, обнаружили несколько мест для программных «закладок», позволяющих корректировать результаты. ДЭГ провалила все 4 тестирования электронного голосования.

Программа была разработана специалистами мэрии, и электронное голосование проходило на сайте мэрии mos.ru – т.е. на платформе, администрируемой штатными кадрами исполнительной власти Москвы. В день голосования происходили массовые сбои, мэрия перезапускала систему в ручном режиме. Сотни москвичей не смогли проголосовать. Проверить систему ДЭГ абсолютно невозможно ни наблюдателям, ни членам избиркомов, которые подписывали протоколы, не понимая, что вообще происходит. Во всех трёх избирательных округах, где проводился эксперимент, проценты отданных за кандидатов от власти голосов через интернет заметно превосходили процент при классическом очном голосовании. В двух из трёх случаев результатом стало поражение оппозиционных кандидатов. КПРФ утверждала тогда и продолжает придерживаться этой позиции сейчас, что партия власти жульнически умыкнула таким способом как минимум 2 депутатских мандата, что имеет решающее значение, так как позволило ей сохранить в московском парламенте большинство.

Позитивных отзывов о функционировании ДЭГ кроме как от представителей мэрии и связанных с ней структур осенью 2019 просто не было!

В целом проблема носит глубокий теоретический и широкий международный характер. Эксперименты по внедрению электронного голосования проводились в целом ряде стран, включая такие развитые государства с высокой долей имеющего доступ к сети интернет населения, как Япония, Германия, Швейцария и ряд других. Повсеместно от развития подобных практик было в итоге решено отказаться – Эстония, на которую любят ссылаться сторонники онлайн-голосования, является практически единственным исключением. Причина – в технической невозможности успешно сочетать два принципиально важных для демократического избирательного процесса параметра при использовании электронных систем: прозрачность и нефальсифицируемость итогов и сохранение тайны голосования. Уникальные кодовые ключи, верификация по персональным индентификационным документам (паспорт и подобные) и иные меры защиты уверенно указывает на человека, привязывает его индивидуально к голосу, что создаёт возможности для дальнейшего давления на него со стороны структур, обладающих этими данными. Это могут быть силовые структуры, исполнительная власть, или даже его работодатель. С другой стороны надежная гарантия анонимности ведёт к риску появления фейков и оставляет окно для махинаций, особенно с “неявившимися” на электронное голосование гражданами.

Интересный материал:  Богатства России переходят в собственность американцев

К сожалению, подобные концептуальные вопросы имеют лишь косвенное отношение к отечественной системе ДЭГ. Она даже и не пытается искать тонкий баланс между параметрами, но негодна во всех отношениях. Причём её проблемы и слабости очевидны даже неспециалисту: чего стоит только многочасовые зависания, объективно лишающие человека возможности отдать свой голос – редкий гражданин готов тратить на это весь день. Нет сомнений, что ДЭГ внедряется в таком виде намеренно и именно чтобы использовать её в качестве ещё одного инструмента искажения воли народа.

Показательно, что власть спешит. Увеличивается число информационных утечек, свидетельствующих, что широкое внедрение новых способов организации избирательного процесса осуществляется целенаправленно под Всенародное голосование по поправкам в Конституцию. Сознавая слабость своего положения, усугубление утраты доверия к системе из-за той дезорганизации, которую она продемонстрировала в борьбе с коронавирусом, а особенно – в купировании его экономических последствий для населения, правящая клика делает ставку на подлог. Реально мы имеем в перспективе пошлый и грязный спектакль, дважды лишенный легитимности. Во-первых, тем, что вместо Всенародного референдума, обладающего высшей юридической силой, вводится прежде небывалая и не имеющая ясных правовых определений форма Всенародного голосования. Во-вторых, тем, что наряду с классическими методами голосования на избирательных участках, будут применены выборы по почте, интернету и, как уже шутит народ, кивком головы телевизору.

Если говорить прямо и без словоблудия, то организованно создаются предпосылки для проведения государственного переворота сверху и дальнейшего установления чуть замаскированной диктатуры, базирующейся на сочетании электронного и силового контроля. Что ж, этого следовало ожидать. Стоит, однако, напомнить господам в высоких кабинетах, что лево-патриотические силы обладают богатым опытом революционной борьбы и прямого действия. Окончательное превращение выборов в фарс – свидетельство не силы, но слабости системы, сознающей свою полную неспособность выигрывать без постоянного нарушения даже ею самой устанавливаемых правил. Народ при этом уверенно считывает растерянность и неумение правящей группировки совладать с вызовами времени. Для многих, разорённых карантинным простоем, лишившихся работы, положение делается близким к отчаянному. Массы чувствуют глубокое отчуждение от верхушки общества. И категорически не желает позволять ей, особенно некоторым одиозным представителям системы, класть государство себе в карман.

Обожжетесь, господа! Ох, обожжетесь!

Пресс-служба МГК КПРФ

Мизеров Иван

Источник.



Просмотров: 1

1+