Белорусский террор: как можно стать политзаключенным ни за что

Автор: | 2020-12-02
Белорусский террор: как можно стать политзаключенным ни за что

Белорусский террор: как можно стать политзаключенным ни за что

Белорусский террор: как можно стать политзаключенным ни за что

Отбывал я 15 суток после очередного протестного воскресенья в Беларуси. Задержали ни за что. Просто потому, что захотели. Попал в СИЗО №6 г. Барановичи Брестской области.

Условия для политических, как мы, хуже, чем для уголовников: передачи раз в неделю и крайне скудный список того, что можно передать; питание отвратительное, прогулки раз в неделю, хотя в душ, всё-таки сводили. И самый главный минус – книги, которые у меня с собой на случай задержания, не выдали.

Для сравнения: зэкам библиотека по запросу, передачи ограничены по весу, но передавать можно почти всё, что угодно.

И хотя лично мне повезло, и при задержании меня не избивали, но своими глазами я наблюдал избитых и окровавленных людей. Издевательства, когда под страхом побоев людей заставляют ходить гуськом, сидеть на бетонном полу, стоять, оперев руки на стену в течение нескольких часов, стоять на коленях. Заставляют говорить разную чушь, признаваться в любви к ОМОНу и к усатому фашисту. В камерах часто на повторах крутят национальный гимн и песни Александра Солодухи.

С нами в камере был мужчина, лет 55. Бывший советский инженер, который стал не нужен после развала союза. Так вот ноги его были в синяках до такой степени, что он смог более-менее нормально передвигаться только через неделю, после ареста. По его рассказам, его били при задержании. На вопрос: «за что?» — он ответил – не знаю. Потому что могут.

Ещё примечательный момент о том, как нас перевозили из одного ИВС в другой, и потом в СИЗО г. Барановичи. Когда автозаки прибыли в пункт назначения, нас начали выводить оттуда. Картина, которую мы увидели, была примерно следующая: куча военных с автоматами и собаками выстроились в коридор. И нас под крики погнали по этому коридору. Лай собак, крики вояк: ни дать ни взять – опасных преступников привезли. Бежал я и тихонько улыбался от абсурдности происходящего. Уже после того, как меня закинули в камеру, и я поговорил с другими арестантами, мы поняли, что цель у фашистов была – запугать нас, сломить волю к сопротивлению. Но знаете, что? Они наоборот ещё больше нас разозлили и сплотили.

Так что, берегитесь, фашисты! Народ всё помнит!

В один из дней к нам в камеру закинули нескольких рабочих, которые рассказали довольно показательную историю своего задержания. Прошу простить мне неточности, которые будут в рассказе, т.к. прошли почти две недели после моего освобождения.

Немного предисловия. Протесты в РБ продолжаются уже больше 110 дней, но вот про забастовки после августа говорить не приходится: на заводах довольно тихо. Почему там до сих пор тихо, можно частично понять из рассказа моих сокамерников.

После августовских стихийных забастовок руководство и полицаи несколько поумнели. Рабочие и до этого были крайне разобщены, а уж после августа буржуи усвоили урок и удвоили силы по разобщению и запугиванию рабочих.

Дальнейшее повествование пойдёт от лица товарища Н., кто рассказывал историю своего задержания.

«После августовских забастовок оказалось много уволенных с завода людей. Чтобы сплотить народ и держаться вместе, решили с товарищами организовать автобусную экскурсию в музей Тадеуша Костюшки, чтобы познакомиться поближе, завязать новые знакомства с другими рабочими. Тем более в виду сложившейся политической ситуации, когда нас арестовывают за выход к проходной в поддержку своего товарища, когда нас сажают на сутки только за то, что вышли чаю попить в парке – поездка в экскурсию казалась нам делом безопасным. Что может пойти не так? Как оказалось, многое.

Автобус заказан, желающие набраны. Едем в пятницу утром. А нужно напомнить, что накануне фашистами был убит в своём же дворе в Минске Роман Бондаренко. По всей стране люди в 12.00 выходили на акции солидарности для того, чтобы минутой молчания почтить память убитого. Так же остановились и мы.

Дальнейшая поездка прошла без приключений. В дороге мы познакомились поближе, поговорили на разные темы. Прибыли в музей.

После посещения музея, в 16.00  на подходе к автобусу были задержаны 43 человека, доставлены в РОВД с протоколами за участие в митинге, хотя никакого митинга и в помине не было. Т.е. просто подъехал “бобик”, нас загрузили в автобус и отвезли в отделение.

Дальше всё происходило, как во сне. В РОВД мы находились около 7-8 часов: протоколы, беседы, видеосъемки, объяснения. Далее нас погрузили в автозаки для отправки в СИЗО г. Барановичи. Причем грузили очень долго. Т.е. те товарищи, которых первыми погрузили в автозак, торчали там в холоде часа три. И только потом нас повезли.

По прибытию в СИЗО нас загрузили в «стакан»: на площади в 4 кв. м. нас было около 20 человек. Потом начали раскидывать по камерам. В итоге около 6.00 (спали стоя или сидя в автозаке и в стакане) нас развели по камерам: 20 человек в 14-ти местной, 17 – в десятиместной, женщины — отдельно. А поскольку уже 6.00, в тюрьме подъем, спать нам не разрешили. Да и матрасов не было. За любую попытку прилечь продольный стучал в дверь и орал, чтобы мы не ложились. Почти сутки без сна, все приказы выполнялись безропотно, как в бреду. Уже только после смены надзирателей в 8.00 продольный был занят своими делами, и нам удалось поочередно подремать на шконках без матрасов.

Интересный материал:  Преступная и бессмысленная. О захватническом характере Первой мировой войны

Поскольку в тюрьму мы прибыли внезапно, завтрака нам не досталось. На просьбы принести еду из личных вещей, которые перевезли вместе с нами, реакции не последовало. Не помогли ни вежливые разговоры, ни объяснения, что еда в рюкзаках может испортиться.

Уже к обеду пайку нам всё-таки выдали: щи и макароны. Живот забили и то хорошо. Настроение у всех поднялось. Начались шуточки, поиск способов покурить, обсуждения нашего задержания. Поскольку очевидно было, что мы не совершали никаких противоправных действий, у товарищей была надежда, что нас продержат положенные трое суток и отпустят. Все немного расслабились.

Далее последовала очередная перетасовка: из одной камеры в другую, из другой – в третью и т.д. Ребят таскали на разговоры со следаками. Изымали телефоны из личных вещей и просили их разблокировать.

А дальше произошло самое интересное. Пожаловало руководство предприятия. Да, прямо в СИЗО. Сработано было чётко и быстро, что в очередной раз показывает, что мусора плотно повязаны с руководством предприятий, это одна бандитская шайка.

Повели на разговор с начальством и меня. Привели в камеру, в которой меня ждали три тётки и один дядька с камерой. На вопрос, что вам надо, протянули бумаги, мол, ознакомься и подпиши. А человек с камерой это всё снимает (как я понял, чтобы зафиксировать факт отказа от подписания).

Взял бумагу, начал читать. А там: приказ на моё увольнение. Вот же, думаю, суки, оперативно сработали. И отказаться нельзя – камера и два свидетеля, оформят отказ и всё на этом. И подписывать смысла нет. Начал рассказывать им об отвратительных условиях содержания в СИЗО, об отсутствии сна, еды и отдыха. “Как вы думаете, могу ли я в таких условиях трезво оценивать обстановку? Могу ли я полностью отдавать себе отчёт в своих действиях?” Вижу, что попал в точку: такого ответа они не ожидали. Начал наседать на них: вы кто вообще такие? Снимите маски, я хочу знать, с кем я общаюсь и т.д. В общем, не знаю, дало это эффект или нет, но меня отвели обратно в камеру. Как потом узнал, подобным образом вели себя и остальные товарищи.

Так прошёл день воскресенья. В понедельник должны либо предъявить обвинения, либо отпустить. Народ заметно повеселел, день прошёл спокойно.

Но вот понедельник наступил и началось. Суды. Ну, как, суды. В кавычках, конечно. Мы все знали, что в стране на данном этапе закона нет, но чтобы настолько…

На суде мне показали несколько отрывков видео, как группа людей переходит дорогу, несколько секунд стоит на месте, затем возвращается обратно. Несколько фотографий нашего автобуса и фотографию каких-то людей, которые держат большой бел-красно-белый флаг. На мои вопросы: а при чём тут я? Судья ответил: вот ты, на этой фотографии, держишь флаг! “Как вы это определили?” — спрашиваю! На что судья закрыл ноутбук и ответил: “Я тебя вижу на фотографии, это ты!”. Как можно меня было видеть, если меня там не было? Но видно, можно, если очень хочется.

Как итог 12 суток ареста, можешь обжаловать в областном суде. Остальным ребятам сутки и штрафы.

Ну, что ж, лиха беда начало. Теперь уже я мог со спокойной душой отбывать «заслуженное» наказание как “злостный” нарушитель».

Примерно с этого момента товарища Н. и поместили к нам в камеру.

Обсуждая потом то, что с нами случилось, мы пришли к выводу, что власти дико боятся рабочего класса, прям до зеленого поноса. Если уж готовы на такое – из ничего придумывать преступление, значит страх перед рабочими так велик, что дальше просто некуда.

Рабочие еще даже толком не организовались, первые попытки только делают, и такая реакция, как будто рабочие на штурм Зимнего готовятся…

А что это значит? Это значит, что стоит только нам, рабочим, создать свою организацию и понять, ЧТО НАМ НАДО ДЕЛАТЬ, всё, песня этих шакалов (я не только о полицаях, которые над нами там в тюрьме измывались, но и о властной верхушке) спета. Если они сами со страху не разбегутся (чего я не исключаю, так как они историю явно не забыли), то свернуть им всем шеи (в смысле отобрать политическую власть и все средства производства) не составит никакого труда.

Все эти лукашенки и путины отлично знают, что они временщики. Что настоящие хозяева – это мы, рабочие, и мы вернемся, и скоро. И потребуем свое. И за все спросим. Отсюда и паника такая у фашистских властей, такой страх перед рабочими, потому что понимают они, что ответить им придется за всё.

Николай С.

Беларусь

Исчтоник.



Просмотров: 103

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.