«А что я могу один?». Кое-что о психологии рабочего движения.

Автор: | 2018-08-30
0
«А что я могу один?». Кое-что о психологии рабочего движения.

«А что я могу один?». Кое-что о психологии рабочего движения.

Любой, кто ведет хоть какую-то пропагандистско-агитационную работу в массах, скажет, что эту фразу «А что я могу один?», он слышал не раз. В том числе и от представителей самого что ни на есть рабочего класса — заводских рабочих. Хотя надо отдать должное нашему рабочему классу — среди рабочих такие высказывания встречаются значительно реже, чем среди других слоев трудящегося населения страны.

Не видя способов, как изменить ситуацию и переломить ее в свою пользу, человек уходит в себя, впадает в социальную апатию — его все меньше и меньше интересует происходящее в обществе, ведь он все равно никак на него повлиять не может. Он старается закрыться от этого враждебного ему мира, спрятаться, убежать от него и своих проблем, и вот тут капитализм угодливо предлагает ему тысячи способов как это можно сделать — алкоголизм, наркотики, религия на любой цвет и вкус, секс, развлечения, виртуальный мир компьютерных игр и т.п.

Социальная апатия — вполне закономерное и неизбежное явление для капиталистического общества, оно отражение его главного непримиримого противоречия между трудом и капиталом, которое может быть разрешено только уничтожением капиталистических производственных отношений, наиболее ярко выраженных в отношениях частной собственности на средства производства.

Закономерна и неизбежна она по следующим причинам.

Первая причина — системная. Само устройство капиталистического общества, его «экономическая модель», как сейчас говорят, а по-научному, по-марксистски — капиталистические производственные отношения (отношения людей в процессе производства нужных им для жизни вещей) заставляют людей «уходить в себя». Рынок труда, куда люди, лишенные средств производства, вынуждены нести свою рабочую силу, чтобы не умереть с голоду, бесконечно унижает человека и лишает его возможности сопротивляться. На рынке труда наемный работник сам перестает видеть в себе человека — он не человек, он вещь, которую продают и покупают, а значит, и выбрасывают, когда она становится не нужна. Продавец рабочей силы на рынке труда абсолютно бесправен — он полностью зависит от воли покупателя, от воли капиталиста — того, кто покупает его способность к труду потому, что у него есть средства производства — то, на чем можно работать, производя какие-то нужные обществу товары. Потому буржуазия и называется господствующим в капиталистическом обществе классом, что именно она решает, будет наемный работник сыт, сможет ли он выжить или же удел его умереть голодной смертью.

Обладание средствами производства дает классу буржуазии экономическую власть над всеми остальными людьми в обществе, и эта власть является основой ее политической и идеологической власти. Вот эти две сферы — политика и идеология и являются двумя остальными причинами, в силу действия которых и возникает у части рабочего класса то, что называется «социальная апатия».

Вторая причина — политическая состоит в том, что существующее в капиталистическом обществе государство всеми силами и всеми способами закрепляет экономическое господство класса буржуазии. Используя свои колоссальные возможности, весь свой аппарат принуждения, оно еще больше гнетет и давит рабочий класс, с одной стороны, удовлетворяя потребности буржуазии в рабочей силе, а с другой стороны, дополнительно изымая всеми возможными способами из карманов наемных работников те гроши, которые платит им буржуазия за использование их рабочей силы. По мере укрепления и развития капиталистического строя число и размер всевозможных налогов, пошлин, платежей, штрафов и пр., взимаемых с трудящегося населения, постоянно увеличивается, а государственная казна буржуазного государства, формируемая за счет этих средств, идет в первую очередь на обеспечение интересов буржуазии.

Но это, так сказать, экономическая, материальная сторона воздействия буржуазного государства на наемных работников, на трудовой народ. Но есть и другая сторона его деятельности, ничуть не менее важная и еще более способствующая формированию социальной апатии в среде рабочего класса — это прямое или завуалированное государственное насилие, которому подвергается рабочий класс по воле буржуазии. Основная и главная задача буржуазного государства — подавление любого возможного протеста наемных работников, пресечение любых его попыток освободиться от угнетения или хотя бы попытаться уменьшить его. И эту задачу решает весь аппарат буржуазного государства, начиная от законодательных подразделений, судов, тюрем и репрессивных и карательных органов — полиции, армии и пр.

Возникновение такого явления как социальная апатия было бы невозможно, если бы государственный аппарат не стоял горой только и исключительно за интересы буржуазии — ничтожной части капиталистического общества. В том числе и поэтому, что трудящийся человек не ощущает за собой поддержки в лице государства, интуитивно понимания, что оно стоит не за него, а всегда против него, и пропадает у него воля к сопротивлению, желание как-либо участвовать в общественных делах, изменяя мир вокруг себя.

Третья, не менее важная причина — идеологическая. Сфера идеологии чрезвычайно широко используется классом буржуазии для закрепления в обществе своего господства. Особенное значение она приобрела в наше время, когда в руках буржуазии благодаря научно-технической революции оказались новая техника и технологии, способные оказывать нужное ей воздействие сразу на миллионы людей — радио, телевидение и интернет. Насаждение в капиталистическом обществе буржуазных идей стало тотальным. Оно охватывает всю информационную и культурно-образовательную сферу, и освободиться от этих идей самому не так-то просто, несмотря на то, что любая буржуазная идея лжива и противоречит окружающей действительности. Рабочему, занятому по 10-12 часов в день на производстве и не имеющему возможности уделять достаточное время интеллектуальному труду, да к тому же находящемуся постоянно в поле буржуазного информационного воздействия, крайне сложно самому понять и разобраться в истинных причинах его без и невзгод. Буржуазии крайне выгодна социальная апатия рабочего класса, и потому ее холуи, буржуазные идеологи, делают все возможное, чтобы это явление как можно шире распространилось среди трудящихся масс. В ход здесь идет все — от религии до психологических тренингов для тех, кто еще на что-то надеется, пытаясь справиться с враждебным ему миром в одиночку.

Но истинный путь решения всех проблем рабочего класса только один — уничтожение этого враждебного человеку труда мира, социалистическое переустройство общества, свержение господства паразитического класса буржуазии и завоевание политической власти рабочим классом.

Причем капитализм сам дает в руки рабочего класса то оружие, которым рабочий класс может его уничтожить, построив на его месте то общество, которое ему нужно. Если капиталистический рынок и частная собственность разделяет рабочих, то капиталистическое производство — сама его организация, его технологический процесс максимально объединяет рабочий класс между собой.

Коллективизм — вот чему учит капитализм рабочий класс, и вот какое оружие против буржуазии он дает ему в руки!

Рабочий не может быть один — это иллюзия, сознательно навязываемая ему и его товарищам буржуазией, ибо их вместе соединяет общий труд, общий производственный процесс, общее дело, которое они делают все вместе. Когда униженные и угнетенные сплачиваются в единое целое, они представляют собой такую огромную силу, против которой не устоит никто.

Сознательные пролетарии, выступающие в новой пьесе Горького, тоже сильные люди, но, к счастью для них, у них нет никакого основания сомневаться в отзывчивости рабочей массы. Совершенно наоборот! Рабочая масса все громче и громче отзы­вается на их призыв. «Поднимается народ разумом,— говорит Левшин,— слушает, читает, думает». Чего же лучше? В такое время даже и у нетерпеливых «интеллигентов» нет повода от­ворачиваться от массы. Тем меньше поводов для этого у проле­тариев физического труда, органически сросшихся с массой. Но каковы бы ни были времена, а факт тот, что «интеллигент» более склонен, уповать на «личность», а сознательный рабочий — на массу. Отсюда — две тактики.»

Что из этого следует? А то, что когда вы услышите в очередной раз, как вам кто-либо скажет «А что я могу один?», ответьте этому товарищу просто и честно, по-рабочему: «Ты можешь быть не один. Все зависит только от тебя. Вставай, и идем с нами, товарищ, бороться за новую жизнь!».

В. Кожевников

Интересный материал:  БУДЕТ ЛИ ПОСЛЕ КОММУНИЗМА НОВЫЙ СТРОЙ?

 

Просмотров: 2

0